Читаем 100 великих тайн Библии полностью

С другой стороны, Бог может предопределить людям страдать ради Его, Божьей, славы и во искупление чужих грехов, чтобы таким образом открыть путь и для спасения грешников. Почему Бог избирает именно такой способ прославить Себя и проявить Свое милосердие? Эта Господня тайна скрыта от людей. «Мои мысли – не ваши мысли, не ваши пути – пути Мои, говорит Господь. Но, как небо выше земли, так пути Мои выше путей ваших, и мысли Мои выше мыслей ваших» (Ис. 55: 8–9).

И тем не менее сознание современного читателя Библии не может вместить в себя следующий стих Библии: «Я Господь Бог твой, Бог ревнитель, за вину отцов наказывающий детей до третьего и четвертого рода, ненавидящих Меня, и творящий милость до тысячи родов любящим Меня и соблюдающим заповеди Мои» (Исх. 20: 5).

Толкователи Священного Писания утверждают, что принцип наказания детей за вину отцов подразумевает определенную ответственность каждого человека за подобных себе, поскольку люди получают много благ или много невзгод через свободную деятельность других людей. Но это весьма хрупкое доказательство существования несправедливости. Опять же, хотя бы потому, что если Бог справедлив, то Он должен судить каждого только за совершенные им дела.

О несправедливом отношении Бога к праведникам и злодеям говорится также в книге Екклезиаста. «Есть и такая суета на земле: праведников постигает то, чего заслуживали бы дела нечестивых, а с нечестивыми бывает то, чего заслуживали бы дела праведников» (Еккл. 8: 14). Екклезиаст уверен, что только потому, что «не скоро совершается суд над худыми делами… не страшится сердце сынов человеческих делать зло» (Еккл. 8: 11).

Завершить же разговор о теодицее, видимо, следует рассуждением об этом феномене русского религиозного и политического философа Н.А. Бердяева. «Проблема теодицеи, – писал Николай Александрович, – разрешима лишь свободой. Тайна зла есть тайна свободы. Без понимания свободы не может быть понят иррациональный факт существования зла в Божием мире».

И, хотя в той или иной форме этой точки зрения великого русского философа придерживается большинство христианских богословов, тем не менее, как пишет А. Мень в «Библиологическом словаре», «необходимо постоянно помнить, что Слово Божье не дает нам рационально обоснованной теодицеи, сохраняя в полной мере значение веры как подвига, как доверия, идущего навстречу неведомому».

Свобода выбора или предопределенность?

Во все времена человек пытался разобраться: предопределены его поступки, каковы бы они ни были – плохими или хорошими, или он совершает их по своей воле. Эту дилемму человеческого бытия не обошла стороной и Библия. Причем авторы Священного Писания возвращаются к ней неоднократно.

Уже в самом начале Библии Бог дает человеку право выбора. Поселив «его в саду Едемском», Бог заповедовал человеку: «От всякого дерева в саду ты будешь есть; а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь» (Быт. 2: 17). Вероятно, Бог изначально допускал, что человек может нарушить запрет, поэтому и сделал это предупреждение.

Кроме книги Бытие в Библии имеется еще немало мест, в которых Бог говорит человеку о его праве выбрать жизнь или смерть, благословение или проклятие, то есть предлагает ему свободу выбора. Подтверждают этот тезис следующие цитаты.

Например: «Во свидетели пред вами призываю сегодня небо и землю: жизнь и смерть предложил Я тебе, благословение и проклятие. Избери жизнь, дабы жил ты и потомство твое» (Втор. 30: 19). Или же: «Если же не угодно вам служить Господу, то изберите себе ныне, кому служить… а Я и дом мой будем служить Господу» (Нав. 24: 15).

Но имея свободу выбора, тем не менее человеку трудно принимать в той или иной ситуации правильное решение, поскольку воля человеческая после грехопадения находится во власти греха. А значит, свобода выбора оказывается под сильным влиянием внешних обстоятельств и внутренних побуждений.

Апостол Павел очень точно описывает проблему свободы выбора обычным человеком: «Ибо не понимаю, что делаю: потому что не то делаю, что хочу, а что ненавижу, то делаю. Если же делаю то, чего не хочу, то соглашаюсь с законом, что он добр, а потому уже не я делаю то, но живущий во мне грех. Ибо знаю, что не живет во мне, то есть в плоти моей, доброе; потому что желание добра есть во мне, но чтобы сделать оное, того не нахожу. Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю. Если же делаю то, чего не хочу, уже не я делаю то, но живущий во мне грех» (Рим. 7: 15–20).

Поэтому человеку, чтобы освободиться от власти греха, необходимо призывать на помощь Бога. «Итак, если Сын освободит вас, то истинно свободны будете» (Ин. 8: 36). И «…если пребудете в слове Моем, то вы истинно Мои ученики, и познаете истину, и истина сделает вас свободными» (Ин. 8: 31–32).


История Иосифа. Византийский рельеф. XII в.


Перейти на страницу:

Все книги серии 100 великих

100 великих оригиналов и чудаков
100 великих оригиналов и чудаков

Кто такие чудаки и оригиналы? Странные, самобытные, не похожие на других люди. Говорят, они украшают нашу жизнь, открывают новые горизонты. Как, например, библиотекарь Румянцевского музея Николай Фёдоров с его принципом «Жить нужно не для себя (эгоизм), не для других (альтруизм), а со всеми и для всех» и несбыточным идеалом воскрешения всех былых поколений… А знаменитый доктор Фёдор Гааз, лечивший тысячи москвичей бесплатно, делился с ними своими деньгами. Поистине чудны, а не чудны их дела и поступки!»В очередной книге серии «100 великих» главное внимание уделено неординарным личностям, часто нелепым и смешным, но не глупым и не пошлым. Она будет интересна каждому, кто ценит необычных людей и нестандартное мышление.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары / Энциклопедии / Документальное / Словари и Энциклопедии

Похожие книги

Против всех
Против всех

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова — первая часть трилогии «Хроника Великого десятилетия», написанная в лучших традициях бестселлера «Кузькина мать», грандиозная историческая реконструкция событий конца 1940-х — первой половины 1950-х годов, когда тяжелый послевоенный кризис заставил руководство Советского Союза искать новые пути развития страны. Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает о борьбе за власть в руководстве СССР в первое послевоенное десятилетие, о решениях, которые принимали лидеры Советского Союза, и о последствиях этих решений.Это книга о том, как постоянные провалы Сталина во внутренней и внешней политике в послевоенные годы привели страну к тяжелейшему кризису, о борьбе кланов внутри советского руководства и об их тайных планах, о политических интригах и о том, как на самом деле была устроена система управления страной и ее сателлитами. События того времени стали поворотным пунктом в развитии Советского Союза и предопределили последующий развал СССР и триумф капиталистических экономик и свободного рынка.«Против всех» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о причинах ключевых событий середины XX века.Книга содержит более 130 фотографий, в том числе редкие архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Анатолий Владимирович Афанасьев , Антон Вячеславович Красовский , Виктор Михайлович Мишин , Виктор Сергеевич Мишин , Виктор Суворов , Ксения Анатольевна Собчак

Фантастика / Криминальный детектив / Публицистика / Попаданцы / Документальное
Опровержение
Опровержение

Почему сочинения Владимира Мединского издаются огромными тиражами и рекламируются с невиданным размахом? За что его прозвали «соловьем путинского агитпропа», «кремлевским Геббельсом» и «Виктором Суворовым наоборот»? Объясняется ли успех его трилогии «Мифы о России» и бестселлера «Война. Мифы СССР» талантом автора — или административным ресурсом «партии власти»?Справедливы ли обвинения в незнании истории и передергивании фактов, беззастенчивых манипуляциях, «шулерстве» и «промывании мозгов»? Оспаривая методы Мединского, эта книга не просто ловит автора на многочисленных ошибках и подтасовках, но на примере его сочинений показывает, во что вырождаются благие намерения, как история подменяется пропагандой, а патриотизм — «расшибанием лба» из общеизвестной пословицы.

Андрей Михайлович Буровский , Андрей Раев , Вадим Викторович Долгов , Коллектив авторов , Сергей Кремлёв , Юрий Аркадьевич Нерсесов , Юрий Нерсесов

Документальное / Публицистика
Александр Абдулов. Необыкновенное чудо
Александр Абдулов. Необыкновенное чудо

Александр Абдулов – романтик, красавец, любимец миллионов женщин. Его трогательные роли в мелодрамах будоражили сердца. По нему вздыхали поклонницы, им любовались, как шедевром природы. Он остался в памяти благодарных зрителей как чуткий, нежный, влюбчивый юноша, способный, между тем к сильным и смелым поступкам.Его первая жена – первая советская красавица, нежная и милая «Констанция», Ирина Алферова. Звездная пара была едва ли не эталоном человеческой красоты и гармонии. А между тем Абдулов с блеском сыграл и множество драматических ролей, и за кулисами жизнь его была насыщена горькими драмами, разлуками и изменами. Он вынес все и до последнего дня остался верен своему имиджу, остался неподражаемо красивым, овеянным ореолом светлой и немного наивной романтики…

Сергей Александрович Соловьёв

Биографии и Мемуары / Публицистика / Кино / Театр / Прочее / Документальное