Французская корона перешла к третьему сыну Екатерины — Генриху Анжуйскому. Королева из рода Медичи по-прежнему крепко сжимала в своих руках бразды правления. Однако и новый монарх принёс матери лишь одни огорчения. Вопреки желаниям Екатерины он решительно отказался от брака с английской королевой Елизаветой и женился на Луизе Лотарингской, дочери графа Водемона из дома ненавистных Гизов. Но свадьба была только прикрытием для Генриха, в женских ласках он не нуждался, а значит, и не мог произвести на свет наследников. Постаревшую Екатерину это обстоятельство серьёзно пугало.
В королевстве же назревал новый этап борьбы между протестантами и католиками. Превозмогая болезни и усталость, Екатерина готовилась к новой битве, когда пришло известие, что умер самый младший сын из рода Валуа — Франциск, герцог Алансонский и Брабантский. Это был страшный и последний удар по королеве. Маргарита жила отдельно от мужа и не имела детей от ненавистного Генриха Наваррского.
Судьба жестоко обошлась с Екатериной Медичи, словно мстя за её ненасытное властолюбие. Десять детей родила она, но, несмотря на это, на ней закончилась династия французских королей Валуа. Она как будто стала проклятием этого рода, принеся Молоху честолюбия и свою жизнь, и жизнь своих детей.
Генрих III даже не позаботился похоронить мать достойно. Тело её было брошено в общую могилу с нищими и бродягами. Сам же Генрих скончался спустя несколько месяцев.
ЕЛИЗАВЕТА ТЮДОР
(1533—1603)
В истории любой страны были властители, правление которых отмечено великими преобразованиями, способствовавшими экономическому подъёму государства. С их именами обычно тесно связаны и имена гениальных людей того времени, ибо деятельность крупных реформаторов способна породить революцию в умах своих соотечественников. Для англичан таким правителем была Елизаветы I.
Королева произвела огромное впечатление на Шекспира:
Но так думал о Елизавете не один Шекспир, скорее, это мнение большинства его современников. Елизавета ещё при жизни стала любимицей народа, сумев возбудить к себе сочувствие и интерес. Кроме того, её правление отличалось разумностью и радением о благе государства. Поистине она была рачительной хозяйкой, заботившейся о яркости домашнего очага.
Сластолюбивый король Генрих VIII, отец Елизаветы, внёс серьёзную путаницу в права престолонаследия. Он объявил её наследницей престола, но когда, спустя два года, Генрих увлёкся Иоанной Сеймур и казнил свою прежнюю жену Анну Болейн — мать Елизаветы, то бедная девочка, конечно, потеряла все права на корону. Однако перед смертью Генрих снова восстановил права дочерей. Таким образом, когда в 1558 году скончалась кровавая Мария[1]
, старшая сестра Елизаветы, то наша героиня беспрепятственно вступила на престол.Первым мудрым государственным актом новой королевы стало утверждение в стране англиканской церкви, что разом сняло, хотя и не уничтожило полностью, религиозное напряжение. Елизавета была католичкой, в её дворцовой капелле постоянно находилось распятие, окружённое зажжёнными свечами, но противостоять сильной протестантской партии было равносильно самоубийству, и королева благоразумно решила примирить крайности. Новая англиканская церковь, родственная по своему учению протестантизму, а по обрядности — католицизму, удовлетворяла всех, кроме пуритан, но правительство смогло зажать им рты, издав закон, грозивший смертной казнью всякому, кто осмелится назвать королеву «еретичкой», оспаривать её права на корону или «приписывать эти права другому лицу».
Этим другим лицом стала для Елизаветы её племянница Мария Стюарт. Мало найдётся в истории имён, так тесно связанных друг с другом. Сколько толков, сколько домыслов, сколько великих произведений искусства породила эта «парочка»
Мария Стюарт была красива, и уже одно это может стать для женщины поводом для непримиримой ненависти. Елизавета не являлась исключением. Ревнивая, сластолюбивая, она не хотела допускать соперницу ко двору, где принимались только дурнушки. Но наиболее гибельным для Марии было то, что она обладала наследственным правом на английский престол. Кроме того, её поддерживал папа Пий V, видя в Марии примерную католичку.