Читаем 1000 год. Когда началась глобализация полностью

Одним из скорейших способов развития собственного окружения было обращение в религию, которую исповедовали более развитые общества, причем подобное решение далеко не всегда опиралось на сугубо религиозные убеждения. Один правитель на территории современной Украины (киевский великий князь Владимир) пожелал укрепить свою власть и стал изучать религиозные образцы ближайших соседей. Как и многие прочие монархи, он в конце концов выбрал одну религию – восточное православие, что подарило ему отличный шанс на консолидацию власти и заключение союзов с могущественными единоверцами. Основным источником информации для князя Владимира выступали донесения доверенных лиц, отправленных посланниками к чужеземным правителям. По сути, это были шпионы, и они возвращались домой с подробными рассказами о жизни соседей.

Владимир выбрал христианство из очень короткого списка. Он взвесил все «за» и «против» иудаизма, ислама, римского христианства и восточного православия. Он отверг иудаизм, поскольку евреи лишились Иерусалима. Он вычеркнул ислам, поскольку эта вера запрещала употреблять спиртное. Римское христианство он отверг без объяснения причин. Зато выбрал восточное православие, ибо великолепный собор Святой Софии в Константинополе представлял собой технологическое чудо, столь же поразительное для тех дней, как современные небоскребы сегодня[5].

Пока прочие лидеры тоже подбирали веру для своих владений непосредственно накануне 1000 года и сразу после этой даты, число мировых религий сокращалось. Одна такая религия, манихейство, популярная в регионе, ныне известном как Иран, и утверждавшая непрекращающуюся борьбу добра и зла, сгинула полностью, потому что не могла конкурировать с другими, более распространенными, религиями и добиться аналогичного покровительства[6].

После 1000 года не возникло ни одной новой крупной религии, не считая сикхизма, бахаизма и мормонства, а также нескольких других. Практически все «новые» вероисповедания представляли собой «ремиксы», комбинации различных элементов религий, уже прочно утвердившихся в мире к 1000 году.

Другие правители тоже принимали решения, подобные выбору князя Владимира, который предпочел православие. В результате примерно в 1000 году в мире резко выросло число верующих, которые выражали верность крупнейшим религиям. Северная и Восточная Европа сделались христианскими, сфера влияния ислама распространилась на восток, в Центральную Азию, и на юг, в северную Индию, а буддизм и индуизм покорили Юго-Восточную Азию. Мы живем в мире, сформированном взаимодействиями рубежа 1000 года: сегодня девяносто два процента верующих придерживаются какой-либо из четырех религий, подчинивших себе мир к 1000 году.

Действительно, в мире, сформированном событиями 1000 года, мы сталкиваемся с теми же самыми вызовами, которые тогда встали перед народами планеты впервые: должны ли мы сотрудничать с нашими соседями, торговать с ними, позволить им селиться в наших границах и предоставить свободу вероисповедания внутри нашего общества? Или нужно всемерно их отчуждать? Должны ли мы возмущаться теми, кто богатеет на торговле? Следует ли производить новые товары, которые копируют технологии, нами пока не освоенные? Наконец, что такое глобализация? Она позволит нам лучше узнать самих себя или разрушит нашу идентичность?

Цель данной книги состоит в том, чтобы ответить на эти вопросы.

Глава 1

Мир в 1000 году: краткий обзор

Как ни странно, ни одна новая технология не привела к взрыву межрегиональных путешествий на рубеже 1000 года. Как и в прежние времена, люди передвигались в основном по суше, пешком или верхом на животных, а также в повозках, или перемещались по воде в каноэ, парусных лодках и деревянных кораблях. Торговля между различными регионами к 1000 году выросла потому, что избыток сельскохозяйственной продукции привел к росту населения и позволил части крестьян полностью отказаться от труда на земле, заняться производством товаров на продажу и сделаться торговцами.

Самым многочисленным в мире населением в 1000 году, как и сейчас, мог похвастаться Китай, численность населения которого достигала почти 100 миллионов человек. На протяжении всей истории человечества китайцы составляли от четверти до трети людей, обитающих на планете. Китайская экономика расцвела в правление династии Сун (960–1276[7]), а купцы и корабли Поднебесной отправлялись в Юго-Восточную Азию и Южную Индию, где обильно выращивали рис, что тоже способствовало росту населения.

В зерновых районах Ближнего Востока и Европы население было не столь многочисленным, как в Азии, но все равно его численность была довольно высокой. А империя Аббасидов с 751-го по приблизительно 900 год контролировала обширную территорию – от Северной Африки на западе до Центральной Азии на востоке.

Перейти на страницу:

Все книги серии Цивилизация и цивилизации

Похожие книги

10 мифов о 1941 годе
10 мифов о 1941 годе

Трагедия 1941 года стала главным козырем «либеральных» ревизионистов, профессиональных обличителей и осквернителей советского прошлого, которые ради достижения своих целей не брезгуют ничем — ни подтасовками, ни передергиванием фактов, ни прямой ложью: в их «сенсационных» сочинениях события сознательно искажаются, потери завышаются многократно, слухи и сплетни выдаются за истину в последней инстанции, антисоветские мифы плодятся, как навозные мухи в выгребной яме…Эта книга — лучшее противоядие от «либеральной» лжи. Ведущий отечественный историк, автор бестселлеров «Берия — лучший менеджер XX века» и «Зачем убили Сталина?», не только опровергает самые злобные и бесстыжие антисоветские мифы, не только выводит на чистую воду кликуш и клеветников, но и предлагает собственную убедительную версию причин и обстоятельств трагедии 1941 года.

Сергей Кремлёв

История / Образование и наука / Публицистика
Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее