Со мной сидел самый обычный парень, с толстыми очками и вообще ничем не примечательный. Одним словом очкарик! Ладно, пусть уж сидит, тем более что Владимир Николаевич попросил. Пока рулили к исполнительному старту, познакомились. Султан, так звали того парня, купил билет в Сочи и обратно с нами, чтобы просто посидеть в кабине и получить то же удовольствие, что и мы! Даже, видимо большее! Я такого не видел! Мне казалось, что в этом Ельциноидно-Чубайсоидном обществе остались только “Баобабы”. Потом выяснилось, что даже летаем мы с ним в одном аэроклубе, и даже у одного инструктора, а лётчиком он не смог стать из-за зрения. Зауважал я Султана, и весь полёт старался ему всё рассказывать и показывать.
Через 3 часа, мы уже над Сочи. Погода дерьмо, и мы ещё полчаса крутимся в зоне ожидания, а потом уходим на запасной в Краснодар. Султан рад, потому, что полетает ещё, а я очень хочу писать, поэтому радоваться буду только в туалете. Пока заправлялись, погода улучшилась и мы снова в воздухе. В общем, вместо 5 часов 50 минут, мы налетали целых 8.
Задолженность по отпускам уже составляла 180 дней, и это уже начинало огорчать не только меня. Скоро будет сворачиваться работа на 134, надо переучиваться на 154, как можно скорее! Но переучивания в ближайшее время не будет, и я решил бороться с заначкой по отпускам, Горгонообразной.
Я ещё не знал, что 24 марта, Самара, будет моим последним рейсом.
Я с радостью ушёл в отпуск, не зная, что переучивание всё же состоится, пока я отдыхаю. Правда, переучивались только трое. Толя М., который был старше меня, и уже скоро ему переучиваться по возрасту было бы нельзя, и ещё 2 других взявшихся, вдруг от куда не возьмись, которых я не знал, но зато знали их родственников. Что соответствовало главному “ЛОСЁНОК МАЛЕНЬКИЙ НА ВСЕХ НЕ ХВАТИТ!” И как писал Губерман
Я ушёл в отпуск, думая, что просто устал, но усталость почему-то после отпуска не прошла. Уже в конце апреля, я проходил ВЛЭК. Именно там, меня и тормознули, и, рассчитывая, что кроме усталости ничего нет, отправили меня в наш стационар, в надежде подлечить. Но лекарства от действия 3 закона Ньютона ещё не изобрели, это, как известно, физика. Дальше вы уже знаете всё.
Заключение
Каждый, кто летал, в основном может рассказать подобное. Обычно, восприятие того, что было там, в Небе начинает ощущаться лишь после того, как ты это теряешь. Поэтому и память обостряется.
Спросите любого лётчика, который ещё не отлетался, и он ничего не сможет рассказать — борт порядок! Потому что, это каждодневная работа.
Отец моей жены, в 17 лет ушёл на фронт. А я, понимая, насколько свята для нас та страшная Война, пристаю к нему с расспросами. Он мне вдруг и говорит, что под пулями не так страшно, как в небе. Очень меня это удивило!
Совсем недавно, уже лишившись, главной радости жизни, я достаю своими расспросами 85-летнего фронтовика, прошедшего всю Войну с 203-миллимитровым орудием. Первые два дня он держался и мне всё рассказывал, а потом меня и спрашивает, кто же я. А узнав, засыпал расспросами — у него оказалось такое же мнение, как и у отца моей жены.
Вы когда-нибудь слышали, чтобы пилот падал на город? (в 70-х в Новгороде, правда, был случай, когда пилот направил свой Ан-2 на квартиру своей тёщи. Тёщи, правда, дома не оказалось!) Все они подальше отводили от города смерть. Наверное, в подсознании каждого лётчика слова из известной песни Эдиты Пьехи!