Точно так же не посоветовавшись с Бертрандом, Иоахим, получив известие о прибытии семьи барона, надел парадную форму, новые перчатки и отправился к Баддензенам, Хозяева хотели сразу же показать ему новый дом, но он попросил барона уделить ему вначале немного времени для беседы личного порядка, и когда они остались наедине с бароном, Иоахим ловким движением стал в предписываемую уставами строевую стойку, вытянулся, словно перед начальником, и попросил у барона руки Элизабет. Барон ответил: "Я очень рад, это большая честь, мой дорогой Пазенов". Он позвал в комнату баронессу. Баронесса произнесла, поднеся платочек к глазам: "О, я ждала этого, ведь от материнского ока трудно что-либо утаить". Да, они очень рады обрести в нем дорогого сына, они, наверное, не могли и пожелать чего-нибудь лучшего и выражают уверенность, что он сделает все возможное для того, чтобы их дитя было счастливо. Да, он сделает это, ответил он со строгим мужским выражением на лице. Барон взял его за руку: но теперь им следует переговорить с дочерью -- это ведь так естественно. Иоахим сказал, что он, конечно, все понимает; после этого они провели еще с четверть часа в полуформальной, полудоверительной беседе, в ходе которой Иоахим не преминул упомянуть о ранении Бертранда; вскоре он простился, так и не увидевшись с Элизабет и не посмотрев новый дом, но он не очень расстроился, ведь отныне для этого у него вся жизнь впереди.