Читаем 1937 год без вранья полностью

Не надо считать уголовные дела сталинского времени аналогичными таким же делам любого другого государства. Помимо самых обычных тут действовали совершенно особые статьи…

7 апреля 1935 года Центральным Исполнительным Комитетом под руководством Михаила Калинина и Советом Народных Комиссаров был разработан и издан закон «О МЕРАХ БОРЬБЫ С ПРЕСТУПНОСТЬЮ СРЕДИ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ». ЦИК и СНК постановляют: «Несовершеннолетних, начиная с 12-летнего возраста, уличенных в совершении краж, в причинении насилия, телесных повреждений, увечий, в убийстве или в попытках к убийству, привлекать к уголовному суду с применением всех мер уголовного наказания».

ОБ ОХРАНЕ ИМУЩЕСТВА ГОСУДАРСТВЕННЫХ ПРЕДПРИЯТИЙ, КОЛХОЗОВ И КООПЕРАЦИИ И УКРЕПЛЕНИИ ОБЩЕСТВЕННОЙ (СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ) СОБСТВЕННОСТИ, Постановление ЦИК и СНК СССР от 7 августа 1932 г., (СЗ СССР 1932 г. N 62, ст. 360). Так называемый «Закон о колосках» За горсть колосков, собранных после уборки на колхозном поле получали до 10 лет лагерей. 2 октября 1937 постановлением «О лишении свободы по делам шпионажа, вредительства и диверсионных актов» ЦИК СССР под руководством Калинина предельный срок лишения свободы увеличивался с 10 до 25 лет.

В 1940 г. был признан преступлением выпуск недоброкачественной и некомплектной продукции или с нарушением стандартов, и виновные лица (директор, главный инженер, начальник ОТК), наказывались лишением свободы на срок от 5 до 8 лет.

«О ПЕРЕХОДЕ НА ВОСЬМИЧАСОВОЙ РАБОЧИЙ ДЕНЬ, НА СЕМИДНЕВНУЮ РАБОЧУЮ НЕДЕЛЮ И О ЗАПРЕЩЕНИИ САМОВОЛЬНОГО УХОДА РАБОЧИХ И СЛУЖАЩИХ С ПРЕДПРИЯТИЙ И УЧРЕЖДЕНИЙ», Указ Президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1940 г. «Ведомости Верховного Совета СССР», 1940 г., № 20. Так называемый Закон о прогулах. Фактически возрождена крепостная система, установлен прямой запрет на переход из одного предприятия или учреждения в другое. За опоздание свыше 20 минут вводилось уголовное преследование.

ОБ ОТВЕТСТВЕННОСТИ УЧАЩИХСЯ РЕМЕСЛЕННЫХ, ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНЫХ УЧИЛИЩ И ШКОЛ ФЗО ЗА НАРУШЕНИЕ ДИСЦИПЛИНЫ И ЗА САМОВОЛЬНЫЙ УХОД ИЗ УЧИЛИЩА (ШКОЛЫ), Указ Президиума Верховного Совета СССР от 10 декабря 1940 г. («Ведомости Верховного Совета СССР», 1941 г., № 1). «Закон о фэзэушниках». Крепостничество для подростков-учащихся ремесленных училищ и школ ФЗО. Заключению полагалось даже за нарушение школьной дисциплины.

По оценкам историка В. П. Попова, общее число осужденных за политические и уголовные преступления в 1923–1953 годах составляет не менее 40 млн. По его мнению, эта оценка «весьма приблизительна и сильно занижена, но вполне отражает масштабы репрессивной государственной политики… Если из общей численности населения вычесть лиц до 14 лет и старше 60 как малоспособных к преступной деятельности, то выяснится, что в пределах жизни одного поколения — с 1923 по 1953 год — был осужден практически каждый третий дееспособный член общества».

Только в РСФСР общими судами приговоры были вынесены в отношении 39,1 млн чел., причем в разные годы к реальным срокам заключения было приговорено от 37 до 65 % осужденных (не включая репрессированных со стороны НКВД, без приговоров, вынесенных судебными коллегиями по уголовным делам Верховных, краевых и областных судов и постоянными сессиями, действовавшими при лагерях, без приговоров военных трибуналов, без ссыльных, без высланных народов и т. п.)[188].

По данным Института демографии ГУ ВШЭ, «общее число граждан СССР, подвергшихся репрессиям в виде лишения или значительного ограничения свободы на более или менее длительные сроки» (в лагерях, спецпоселениях и т. п.) с конца 1920-х по 1953 г. «составило не менее 25–30 миллионов человек»[189].

В разные периоды «по уголовке» шли в лагеря разные категории людей. Во время голода начала 1930-х — за мелкие кражи в условиях голода (т. н. «Закон о колосках»)[190].

Во время и после Второй мировой войны — примерно 17,96 млн. приговоренные по указам военного времени, из которых 22,9 %, или 4113 тыс., были приговорены к лишению свободы, а остальные — к штрафам или исправительно-трудовым работам.

15,75 млн. человек по этим указам были осуждены за самовольный уход с работы (самовольно менять место работы многим категориям работающих запрещалось и после окончания войны)[191].

К жертвам политических репрессий надо отнести и осужденных по Указу Президиума ВС СССР от 6 июля 1941 об ответственности за распространение «в военное время ложных слухов, возбуждающих тревогу среди населения». За крик «окружили!» или за рассказ соседу о том, что Красная Армия сдала Киев, можно было получить 10 лет, а то и расстрел.

Репрессии в отношении народов

Перейти на страницу:

Все книги серии Гражданская история безумной войны

Самая страшная русская трагедия
Самая страшная русская трагедия

Главная книга самого смелого и скандального историка! Новый взгляд на самую страшную российскую трагедию XX века — Гражданскую войну 1917–1922 гг., в которой русские воевали не с внешним врагом, а друг с другом, брат против брата. ВПЕРВЫЕ это сенсационное историческое расследование публикуется в полном виде, без купюр, искажений и навязанного соавторства.Пока узкие специалисты ломают копья по частным вопросам, Андрей Буровский первым осмелился взглянуть на историю Гражданской войны «с высоты птичьего полета», рассматривая ее не как вереницу разрозненных событий, а в качестве единого процесса, что позволяет обнаружить скрытые закономерности и дать ответ на главные вопросы русской истории: была ли Гражданская война неизбежна, почему именно красные одержали в ней победу, существовали ли реальные альтернативы братоубийственной бойне и отчего события пошли по самому кровавому сценарию, породив мир, в котором мы живем, — далеко не лучший из миров…

Андрей Михайлович Буровский

Публицистика
1937. Контрреволюция Сталина
1937. Контрреволюция Сталина

Историческая сенсация!Новая скандальная книга главного «возмутителя спокойствия»! Радикальная переоценка отечественной истории. Решительная ревизия советского прошлого. Независимый взгляд на трагедию 1937 года. Разгадка главной тайны XX века.Самый «неудобный» и «неуправляемый» историк предлагает шокирующие ответы на самые острые и болезненные вопросы.В чем тайный смысл Большого Террора? Каковы были подлинные, а не раздутые антисталинской пропагандой масштабы репрессий? Зачем потребовалось чистить партию, органы госбезопасности и армию? Существовали ли в реальности антисоветские заговоры? Считать ли массовые репрессии проявлением «паранойи» Сталина — или они имели вполне рациональные причины? Кто на самом деле развязал террор? Была ли «Великая чистка» 1937 года «преступлением века» — или болезненной, но совершенно необходимой мерой? И главное: проиграй Сталин в политической борьбе — стала бы победа его противников благом для страны?

Андрей Михайлович Буровский

История / Политика

Похожие книги

Гордиться, а не каяться!
Гордиться, а не каяться!

Новый проект от автора бестселлера «Настольная книга сталиниста». Ошеломляющие открытия ведущего исследователя Сталинской эпохи, который, один из немногих, получил доступ к засекреченным архивным фондам Сталина, Ежова и Берии. Сенсационная версия ключевых событий XX века, основанная не на грязных антисоветских мифах, а на изучении подлинных документов.Почему Сталин в отличие от нынешних временщиков не нуждался в «партии власти» и фактически объявил войну партократам? Существовал ли в реальности заговор Тухачевского? Кто променял нефть на Родину? Какую войну проиграл СССР? Почему в ожесточенной борьбе за власть, разгоревшейся в последние годы жизни Сталина и сразу после его смерти, победили не те, кого сам он хотел видеть во главе страны после себя, а самозваные лже-«наследники», втайне ненавидевшие сталинизм и предавшие дело и память Вождя при первой возможности? И есть ли основания подозревать «ближний круг» Сталина в его убийстве?Отвечая на самые сложные и спорные вопросы отечественной истории, эта книга убедительно доказывает: что бы там ни врали враги народа, подлинная история СССР дает повод не для самобичеваний и осуждения, а для благодарности — оглядываясь назад, на великую Сталинскую эпоху, мы должны гордиться, а не каяться!

Юрий Николаевич Жуков

Публицистика / История / Политика / Образование и наука / Документальное