Читаем 1940hr (СИ) полностью

1940hr (СИ)

Такое ощущение, что он мне одолжение сделал. Не очень то я и рвался ему помогать, но что поделаешь, план нужно выполнять. И я его выполнил - балки были сварены на пять сплюсом. Тут даже придраться не к чему - всё сделал на совесть так, что строго по науке и даже более того. Я всё понимаю, индустриализация в самом разгаре, планы стоят явно завышенные. И надо же было мне на спор отправиться сюда... что ж, назвался груздём - полезай в кузов. Хорошо ещё, выход на собственную корпорацию был, да прихватил свой сварочный аппаратт.

Аноним Bandileros

Прочая старинная литература / Древние книги18+

Annotation

Графомания 80 уровня. Не предназначено для чтения!


Bandileros


Bandileros



1940hr




Начальник цеха процедил сквозь зубы:

- Ладно, с этим разобрались. Спасибо.


Такое ощущение, что он мне одолжение сделал. Не очень то я и рвался ему помогать, но что поделаешь, план нужно выполнять. И я его выполнил - балки были сварены на пять сплюсом. Тут даже придраться не к чему - всё сделал на совесть так, что строго по науке и даже более того.

Я всё понимаю, индустриализация в самом разгаре, планы стоят явно завышенные. И надо же было мне на спор отправиться сюда... что ж, назвался груздём - полезай в кузов. Хорошо ещё, выход на собственную корпорацию был, да прихватил свой сварочный аппаратт.


Качество сварки не оставляло сомнения - балки фермы крыши цеха хотели стягивать болтами, но я предложил сварить. Сварной шов получился гладким, плюс грунт, крыша словно монолитная, так и не скажешь, что это не отливка, а сварка из кучи разнообразных балок. Начцеха посмотрел на балки под потолком и не стал проверять, хотя справедливости ради, я их даже отполировал. Об этом знали все, хотя чесали затылки.


* * * *


Утром своего единственного выходного дня поднялся с дивана в омерзительнейшем настроении. Ну и эксплуататоры же эти коммунисты, пашут люди как рабы на галерах. И главное - над всем этим витает дух коммунизма, который похоже вселился в партактив. Людей, которые вместо работы чешут языками про преимущество соцстроя и вообще, по мнению большинства заводчан, дармоедов. Неслучайно - им, партийным, и привилегии, и возможности карьерного роста, тогда как обычный пролетарий упирается в глухую стену - даже начцеха должен быть членом партии, иначе... могло быть иначе, но шансы на это исчезающе малы. Если только талант какой.



Машина, на которой я ездил на работу, была неброской - старенький фордик модели "А". Можно сказать, развалюха. Ну, конечно, под капотом у неё было восемьдесят лошадок, да и ходовая поприличней, чем у форда, но, тем не менее, этот ретро мне был чужд. Машина стояла под окном, поскольку жил я на первом этаже - прямо рядом с кроватью, можно сказать. Встал, потянулся, огляделся - всего одна комната, зато сколько удобств. Жаль только, что жить приходилось в рабочем общежитии, но зато по договорённости с местной администрацией - один в четырёхместной комнате. Я сделал ремонт, поверхностный - паркет, стены оклеил новенькими обоями с розочками и сердечками, кровать вместо металлического ужаса - классическая, с балдахином... ну и пластиковые окна, конечно же. Уютно, что ни говори. Ещё бы интернет провести - и можно жить. Вещей у меня практически не было, с собой.


Я задумался и начал общаться:

- Берси, как внедрение?

- На данный момент я внедрил семьдесят восемь тысяч МП в разные отрасли производства.

- Ты поподробнее скажи, а лучше скинь мыслеобраз.


Ох, Берси кинул. Отлично кинул - я узнал образ типичного рабочего "из наших". Это мужчина средних или даже юных лет, который устроился на какой-либо завод, тут смазано воспоминание. Мои рабочие фактически работали идеально. Это были МП, в основном - работали токарями, сварщиками, прочими рабочими. И работали, надо отметить, хорошо, честно и правильно, за что были любимы начальством. Есть им практически не нужно было, жильё... бросали кости где попало, большинство ночевало прямо на заводе без какого-либо вреда для себя, многие работали сверхурочно, тратя на "сон" четыре часа в сутки - собачью вахту. Или наоборот, работали круглосуточно, "спали" по четыре часа раз в два дня.

Благодаря такой работе деньги у нас были. Многим из моих пролетариев уже пришло предложение вступить в партию - те предложение быстро отклонили, им работать нужно, а не слушать на партсобраниях про неизбежную победу коммунизма. Группировка Берси, безусловно, потратила огромное количество сил и средств на то, чтобы интегрироваться в советскую промышленность - уже четыре месяца как мы арбайтен по стахановски делаем. Год на дворе сороковой, некоторых из моих людей даже пытались расстрелять. Но те внезапно исчезали, так никого и не поймали. Хотя слежку за органами НКВД это не отменяло.


Я задумался. Зачем я вообще в это ввязался? Зарекался же лазить по мультивселенной - толку с этого себе я не получу, разве что в плане соцэксперимента или дауншифтинга... Ладно, вечер утра мудренее. Я потянулся и решил, что раз сегодня выходной, пора выходить. Из тени. В мою комнату постучали.

- Войдите.

Заглянул сосед. Соседом был Василий Холщов, умный мужик, он осмотрелся:

- Богато живёшь, сосед, - присвистнул.

- Как работаю, так и живу, - в тон ему ответил, - что хотел?

- Тут мужики собираются пивка попить, ты с нами?

- Не, у меня сегодня ещё дел невпроворот, - отказался я, - хотя пивка... я подошёл к высокому, стоящему у стены холодильнику, открыл обе дверцы, которые поддались с тихим звуком и посмотрел, - у меня для вас кое-что найдётся. Держите, - достал литровую бутылку без этикетки, - пивко. И вот ещё... - пакет с мелкой засушенной рыбкой, килограмм, наверное, не меньше, выпьете за меня, если не забудете.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Cooldown
Cooldown

Запустив однажды руку в чужой холодильник, нужно чётко осознавать, что будут последствия. Особенно, когда хранятся там вовсе не пищевые полуфабрикаты, а «условно живые» люди.Они ещё не умерли – смерть пока не определилась точно на их счёт. Большинство из них уже никогда не разомкнут веки, но у единиц есть призрачный шанс вернуться в этот мир. Вдвойне досадно, что среди таких счастливчиков нашёлся человек, который твёрдо решил, что с его земными делами покончено навсегда.Его личное дело пестрит предупреждающими отметками – «серийный убийца», «экстремист», «психически нестабилен». Но, может, именно такому исполнителю будет по плечу задание, ставшее последним уже для семи высококлассных агентов? Кто знает…

Антон Викторович Текшин , Антон Текшин

Фантастика / ЛитРПГ / Прочая старинная литература / РПГ / Древние книги
Крылатые слова
Крылатые слова

Аннотация 1909 года — Санкт-Петербург, 1909 год. Типо-литография Книгоиздательского Т-ва "Просвещение"."Крылатые слова" выдающегося русского этнографа и писателя Сергея Васильевича Максимова (1831–1901) — удивительный труд, соединяющий лучшие начала отечественной культуры и литературы. Читатель найдет в книге более ста ярко написанных очерков, рассказывающих об истории происхождения общеупотребительных в нашей речи образных выражений, среди которых такие, как "точить лясы", "семь пятниц", "подкузьмить и объегорить", «печки-лавочки», "дым коромыслом"… Эта редкая книга окажется полезной не только словесникам, студентам, ученикам. Ее с увлечением будет читать любой говорящий на русском языке человек.Аннотация 1996 года — Русский купец, Братья славяне, 1996 г.Эта книга была и остается первым и наиболее интересным фразеологическим словарем. Только такой непревзойденный знаток народного быта, как этнограф и писатель Сергей Васильевия Максимов, мог создать сей неподражаемый труд, высоко оцененный его современниками (впервые книга "Крылатые слова" вышла в конце XIX в.) и теми немногими, которым посчастливилось видеть редчайшие переиздания советского времени. Мы с особым удовольствием исправляем эту ошибку и предоставляем читателю возможность познакомиться с оригинальным творением одного из самых замечательных писателей и ученых земли русской.Аннотация 2009 года — Азбука-классика, Авалонъ, 2009 г.Крылатые слова С.В.Максимова — редкая книга, которую берут в руки не на время, которая должна быть в библиотеке каждого, кому хоть сколько интересен родной язык, а любители русской словесности ставят ее на полку рядом с "Толковым словарем" В.И.Даля. Известный этнограф и знаток русского фольклора, историк и писатель, Максимов не просто объясняет, он переживает за каждое русское слово и образное выражение, считая нужным все, что есть в языке, включая пустобайки и нелепицы. Он вплетает в свой рассказ народные притчи, поверья, байки и сказки — собранные им лично вблизи и вдали, вплоть до у черта на куличках, в тех местах и краях, где бьют баклуши и гнут дуги, где попадают в просак, где куры не поют, где бьют в доску, вспоминая Москву…

Сергей Васильевич Максимов

Культурология / Литературоведение / Прочая старинная литература / Образование и наука / Древние книги / Публицистика