Даже в те часы, когда совершенно потухает петербургское серое небо и весь чиновний народ наелся и отобедал, кто как мог, сообразно с получаемым жалованьем и собственной прихотью, — когда все уже отдохнули после департаментского скрипенья перьями, беготни, своих и чужих необходимых занятий и всего того, что задает себе добровольно больше даже, чем нужно, неугомонный человек, — когда чиновники спешат предать наслаждению оставшееся время: кто побойчее, несутся в театр; кто на улицу, определяя его на рассматриванье кое-каких шляпонок; кто на вечер истратить его в комплиментах какой-нибудь смазливой девушке, звезде небольшого чиновного круга; кто, и это случается чаще всего, идет просто к своему брату в четвертый или третий этаж, в две небольшие комнаты с передней или кухней и кое-какими модными претензиями, лампой или иной вещицей, стоившей многих пожертвований, отказов от обедов, гуляний; словом, даже в то время, когда все чиновники рассеиваются по маленьким квартирам своих приятелей поиграть в штурмовой вист, прихлебывая чай из стаканов с копеечными сухарями, затягиваясь дымом из длинных чубуков, рассказывая во время сдачи какую-нибудь сплетню, занесшуюся из высшего общества, от которого никогда и ни в каком состоянии не может отказаться русский человек, или даже, когда не о чем говорить, пересказывая вечный анекдот о коменданте, которому пришли сказать, что подрублен хвост у лошади фальконетова монумента, — словом, даже тогда, когда все стремится развлечься, Акакий Акакиевич не предавался никакому развлечению.
(Н.В. Гоголь)
Куда ни пойдет она, — уже несет с собой картину; спешит ли ввечеру к фонтану с кованой медною вазой на голове, — вся проникается чудным согласием обнимающая ее окрестность: легче уходят вдаль чудесные линии албанских гор, синяя глубина римского неба, прямей летит вверх кипарис, и красавица южных дерев, римская пинна, точнее и чище рисуется на небе своею зонтикообразною, почти плывущею в воздухе верхушкою. И все, и самый фонтан, где уже столпились в кучу на мраморных ступенях одна выше другой албанские горожанки, переговаривающиеся сильными серебряными голосами, пока поочередно бьет вода звонкой алмазною дугой в поставленные медные чаны, и самый фонтан, и самая толпа — все, кажется, для нее, чтобы ярче выказать торжествующую красоту, чтобы видно было, как она предводит всем, подобно как царица предводит за собою придворный чин свой.
(Н.В. Гоголь)
ДИКЦИЯ И ОРФОЭПИЯ
Из всех практических дисциплин, которыми будущему учителю приходится овладевать в педагогическом вузе, предмет техники речи, пожалуй, один из самых трудных.
В речи студентов встречается много недостатков, как дикционных, так и орфоэпических.
В педагогических вузах, как и во всех других высших учебных заведениях, учится молодежь из разных мест страны. Речь в различных регионах России неоднородна. Естественно, что среди многих очень способных студентов есть такие, в речи которых наблюдаются отклонения от норм литературного произношения и отдельные недостатки звукопроизношения.
Предмет техники речи труден еще и потому, что студенты не сразу осознают значение этой дисциплины для своей будущей профессии, и им часто приходится преодолевать своего рода психологический барьер. Казалось бы, все очень просто: молодой человек до 18–20 лет был уверен, что говорил правильно. Ни от кого он не слышал, что не умеет владеть голосом, что неправильно произносит свистящие или шипящие звуки, что «тсякает» и «дзякает» или не владеет нормами литературного произношения и употребляет неверные ударения в словах. Поступив в педагогический вуз, он с первых дней узнает о своих речевых недостатках и о том, что они требуют обязательного исправления. И здесь важно, чтобы студент понял главное: диалектное произношение, так же как и недостатки речи неорганического происхождения, он сможет устранить только при условии, если будет систематически заниматься своей речью, выполняя домашние задания педагога.
Смысл занятий по дикции и орфоэпии заключается в том, что получая от преподавателя определенные рекомендации и выполняя их дома, студент постепенно вырабатывает новые навыки, применяет их в своей речи и в то же время отвыкает от неправильных навыков. Это возможно лишь при многократном повторении всех упражнений. Только самостоятельная ежедневная работа может дать положительные результаты.
В работе над речью большое значение имеет речевой слух. С самого начала студенты должны формировать у себя навыки слушать собственную речь и речь товарищей, отмечать ошибки произношения и указывать на них друг другу. (Заметим, что недостатки чужой речи обнаружить легче, чем собственные.)! Эта работа полезна, потому что студент станет приучать себя к восприятию правильной речи и к правильному произношению.
В занятиях по дикции и орфоэпии большую помощь может оказать магнитофон.