Я… скажем так — удивилась. Но долго удивляться мне не дали времени просто-напросто заткнув рот поцелуем. Причем этот был не такой, как в первый раз. Тогда он целовал меня нежно и очень трепетно, а сейчас очень жадно и жарко. Это была страсть. А демоническая страсть может и обжечь, если она не будет разделена пополам. Но глянув в глаза Даррену я поняла, что он невменяем. Такие глаза обычно бывают у сумасшедших. Также я попыталась отстраниться, но мне не дали. Пришлось использовать свое силу, дабы уложить этого несносного демона на лопатки.
— Рен… я вообще-то не настолько крепкая, — мои слова все же нашли отклик в его глазах и он притянул меня к себе, шумно дыша мне в волосы. Я понимаю, что ему не легко дается контроль над телом.
— Моя… Моя Айси-ир-ра… Моя… Останься со мной… — бормотал Даррен, словно в бреду. Хотя он сейчас такой горячий. Голая грудь быстро вздымалась то вверх, то вниз. Я бы сейчас поиграла с ним, но состояние после начала регенерации дело не веселое и даже немного болезненное. И вдруг он резко выдохнул — Уйди, а то я могу не сдержаться… — и он отпустил, отвернувшись к стене. Кстати уже в образе темного лорда, а не демона.
— Рен ты…
— Уходи! — прорычал этот… псих.
— Ты определись уже! Мне уходить или оставаться?! И вообще, если соберешься подыхать, то предупреждай! За тебя Риан с Дэей волновались! — сказала я и пошла к выходу, но уже когда взялась за ручку услышала тихое, полное надежды и разочарования:
— Только они?
— Если бы я не волновалась, то была бы точно не здесь. После одного случая в Хаосе я чувствую дискомфорт, находясь в этом мире. Хоть и многое с тех пор переменилось, но… но прошло не одно столетие перед тем, как я снова научилась кому-то доверять. Даже кровные клятвы можно сломать, но не чувства, не воспоминания. Тот, кто сказал, что время лечит идиот. Это все равно, что осколки стекла. Даже если рана и заживет, то будет болеть до тех пор, пока не останется и крупинки стекла. Если ты считаешь, что я ухожу потому что испугалась ты ошибаешься. Там, где я не нужна я не буду. Есть много мест, где мне надо находиться, но не хочется. Странно говорить, но я поняла, что если дом это то место, где душа спокойна, то у меня нет дома. Есть любимые места, жилье, друзья, но места где я могу не волноваться ни о чем нет. И знаешь… самое страшное это то, что я прекрасно осознаю все… просто не могу принять. У меня нет души и… я не могу сказать, что кого-то люблю. Не могла. Теперь есть ты, а раньше не могла просто потому, что со временем я пойму, что совершила очередную ошибку. Отношения не принесут ничего кроме боли. Ты мне нравишься, но это ни к чему не приведет. Я могу внезапно пропасть на несколько лет и все… все окажется бессмысленным. Я не хочу разочаровываться в себе. Я всегда буду для всех неразговорчивым интровертом, буду язвить, но смеяться только с друзьями. А в тишине просто плакать. Потому, что я одиночка несмотря ни на что. И в последнее время меня мучает вопрос «А что сделаешь ты, если узнаешь кем я являюсь?». Убьешь? Возможно. Не хочу проверять, но все же… Когда придешь в себя — позови. Я приду. Хочу, чтобы ты стал моим убийцей…
И я уже собиралась скрыться в своем пламени, случайно уронив пару капель слез на пол. Это правда. И она действительно глаза колет, вернее щипет. Да, он принадлежит мне… телом, но его душа свободно. Он говорил, что любит, но не давал никаких клятв. Он свободен по законам Хаоса. Вот только меня резко схватили за руку, рывком притягивая к себе и жадно утыкаясь носом в макушку.
— Что значит «Хочу, чтобы ты стал моим убийцей»? Ты в своем уме? — Возмутился Рен, прижимая к себе так, что начали ныть ребра и тут же разомкнул объятия, чтобы схватиться за плечо и нехило так тряхнуть меня, зарычав, — Разве я могу отказаться от тебя? Ты этой ночью согласилась быть моей! Сама предложила, заметь! Я давал тебе время, но ты захотела сразу же подтвердить наш брак! Да, я не противился, потому что, — Рен беспокойно вздохнул, переводя дыхание и гораздо спокойнее, — Потому что ты являешься моей истиной парой. Я понял это с первого взгляда, когда не смог тебя отпустить
— Ты и не держал, — слабо возразила.
— Ты согласилась поступить в мою школу. У меня появилось достаточно времени, чтобы ты испытывала тоже, что и я. И что я теперь вижу?! Ты снова отрицаешь меня! Даже после того, как поставила свою метку и заключила полноценный брак по обычаям Хаоса! — На последней фразе он показал… на татуировку, змеей проступающую на его кожу от шеи до локтя…
— Но… я… — Голос неожиданно осип, охрип и потерялся. Откашлявшись, повторила увереннее, но все так же тихо, — Но я помню, что с утра у тебя ее не было! Я проверяла!
— Ты разве не знаешь, что после трех дней…
— Знаю, но три дня не прошло! Просто не могло! Или… — Я задумалась и получилось так, что тот сон и не сон вовсе. И консумация брака… Закрепление метки, ставшей символом брачной связи… Его укусы и огонь вокруг… — То есть это был не сон, — я подвела итог, ставший удивительным для самой себя.