Читаем Абсолютное Зло и другие парадоксы объективной этики полностью

Но в чем же смысл нашей погони за свободой? Нашей беготни по кругу за ускользающим добром? Ведь очевидно, что мы освобождаемся только ради самого освобождения! На самом деле, наше стремление к свободе не бессмысленно, это не пустой бег на месте, свобода действительно приносит блага, голодные действительно становятся сытыми. Недостижимость свободы – это всего лишь гарантия того, что наше движение к ней будет бесконечным, что она будет служить своего рода вечным маяком, вечным генератором добра. Вы скажете – но ведь неправильная цель точно так же приносит блага! Как же тогда отличить правильный выбор от неправильного, добро от зла? Неправильный выбор приносит не блага для всех, а личное или групповое благополучие, которое в силу этого является временным. Если правильный выбор ведет к большей свободе, то насилие, напротив, в конце концов приводит к тому, что человек теряет возможность выбора. Именно поэтому поставив себе цель уже заданную природой – сытость, удовольствия, власть – человек фактически становится ее рабом. Свобода не прощает слабости, она требует постоянных усилий воли.


Для иллюстрации рассмотрим случай нескольких альтернатив. Скажем, двое голодных и один кусок хлеба. Первая альтернатива – победить соперника и завладеть хлебом, вторая – поделить. Какой выбор сделает свободный человек? Где он получит больше свободы? Я знаю, многие предпочтут убить соперника и будут думать, что стали самыми свободными – ведь теперь некому покуситься на их добро. Однако свободный человек никогда так не поступит. Насилие не может вести к свободе, потому что рано или поздно придет кто-то кто убьет вас. Свобода – это не минутная радость сытого брюха, не краткий миг освобождения, а гарантия дальнейшей свободы. Высшая цель потому и называется высшей, что она не ограничивается настоящим, а ведет человека всю жизнь и даже дальше. Умение увидеть, найти такую цель – вот что требуется для правильного выбора.


Этот пример демонстрирует важную мысль. Как мы можем в общем случае знать, какая альтернатива правильна? Где больше свободы? Мы не можем этого знать в принципе, потому что иначе свобода была бы познаваема. Как правило результаты нашего выбора становятся понятны потом. Но зато мы знаем способ поиска ответа на этот вопрос. Вы вероятно скажете – это метод научного наблюдения и эксперимента? Да конечно, но этого не достаточно. Как показывает пример, нам надо посоветоваться. Сам человек, один, без посторонней подсказки, никогда не сможет сделать правильный выбор. Во-первых, потому что насилие всегда затрагивает других. Во-вторых, потому, что один человек обладает лишь субьективным взглядом на мир, независимо от того, как долго он будет его наблюдать. А значит, найти ответ мы можем только сообща, только согласовывая наши действия.


И это приводит нас ко второму сегодняшнему вопросу: почему свобода – общее благо? А именно потому, что она возможна только совместно – в ней, собственно, и заключается причина того, почему люди создали общество. Или наоборот, почему общество создало людей. Свобода – это универсальная идея любого коллектива, а нормы этики – ее единственная возможная гарантия. Свобода и этика составляют моральное ядро общества, которое люди творят путем сотрудничества, совместного поиска и жертв. Сила его проявляется не только в подвиге во имя коллектива, но и в порядочности, честности, верности слову, доверии к людям – короче во всем том, без чего невозможны правила, на которых держатся социальные институты. Ведь какой смысл им следовать самому, если не следуют другие? Этика возможна только если каждый знает, что и все другие думают так же. Общество накапливает моральное ядро веками, скрепляя его культурной оболочкой – общими традициями, привычками, историческими мифами, идеологиями, искусством. В этом и заключается прогресс, потому что скачком внедрить моральные нормы невозможно. Зато их можно быстро разрушить, посеяв рознь и несогласие, разжигая вражду и ненависть. Что бывает в этом случае? Страна распадается, а народ исчезает. Без культуры нет народа, без этики нет культуры, а без свободы нет этики.


Уровень этики отражает уровень насилия, допустимый в обществе. Чем насилия больше, тем общество слабее. Взаимная неприязнь, отчужденность разрушают общество, так же как преступность, злоупотребления властью, произвол. Напротив, мир и согласие, взаимное уважение, терпимость и доверие приводят к наиболее эффективному сотрудничеству. Этика делает возможным право, а право – экономику, науку, искусство. Человек без этики – это гомо-сапиенс, которого не сдерживает ничего кроме страха. И если таких особей становится слишком много – общество попросту невозможно. Кто там будет следить за порядком, откуда там возьмется, к примеру, экономика, «общее хозяйство»? Украсть или отнять легче, чем сделать или купить. И поэтому в стране где воровство – норма, нет и не может быть экономики.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Искусство войны и кодекс самурая
Искусство войны и кодекс самурая

Эту книгу по праву можно назвать энциклопедией восточной военной философии. Вошедшие в нее тексты четко и ясно регламентируют жизнь человека, вставшего на путь воина. Как жить и умирать? Как вести себя, чтобы сохранять честь и достоинство в любой ситуации? Как побеждать? Ответы на все эти вопросы, сокрыты в книге.Древний китайский трактат «Искусство войны», написанный более двух тысяч лет назад великим военачальником Сунь-цзы, представляет собой первую в мире книгу по военной философии, руководство по стратегии поведения в конфликтах любого уровня — от военных действий до политических дебатов и психологического соперничества.Произведения представленные в данном сборнике, представляют собой руководства для воина, самурая, человека ступившего на тропу войны, но желающего оставаться честным с собой и миром.

Сунь-цзы , У-цзы , Юдзан Дайдодзи , Юкио Мисима , Ямамото Цунэтомо

Философия
Очерки античного символизма и мифологии
Очерки античного символизма и мифологии

Вышедшие в 1930 году «Очерки античного символизма и мифологии» — предпоследняя книга знаменитого лосевского восьмикнижия 20–х годов — переиздаются впервые. Мизерный тираж первого издания и, конечно, последовавшие после ареста А. Ф. Лосева в том же, 30–м, году резкие изменения в его жизненной и научной судьбе сделали эту книгу практически недоступной читателю. А между тем эта книга во многом ключевая: после «Очерков…» поздний Лосев, несомненно, будет читаться иначе. Хорошо знакомые по поздним лосевским работам темы предстают здесь в новой для читателя тональности и в новом смысловом контексте. Нисколько не отступая от свойственного другим работам восьмикнижия строгого логически–дискурсивного метода, в «Очерках…» Лосев не просто акснологически более откровенен, он здесь страстен и пристрастен. Проникающая сила этой страстности такова, что благодаря ей вырисовывается неизменная в течение всей жизни лосевская позиция. Позиция эта, в чем, быть может, сомневался читатель поздних работ, но в чем не может не убедиться всякий читатель «Очерков…», основана прежде всего на религиозных взглядах Лосева. Богословие и есть тот новый смысловой контекст, в который обрамлены здесь все привычные лосевские темы. И здесь же, как контраст — и тоже впервые, если не считать «Диалектику мифа» — читатель услышит голос Лосева — «политолога» (если пользоваться современной терминологией). Конечно, богословие и социология далеко не исчерпывают содержание «Очерков…», и не во всех входящих в книгу разделах они являются предметом исследования, но, так как ни одна другая лосевская книга не дает столь прямого повода для обсуждения этих двух аспектов [...]Что касается центральной темы «Очерков…» — платонизма, то он, во–первых, имманентно присутствует в самой теологической позиции Лосева, во многом формируя ее."Платонизм в Зазеркалье XX века, или вниз по лестнице, ведущей вверх" Л. А. ГоготишвилиИсходник электронной версии: А.Ф.Лосев - [Соч. в 9-и томах, т.2] Очерки античного символизма и мифологииИздательство «Мысль»Москва 1993

Алексей Федорович Лосев

Философия / Образование и наука