Читаем Абсолютный слух (Счастливчик Майки) полностью

Я вырвался на поверхность почти ничего не видя, хрипло с трудом задышал, воздух проходил в мои легкие с трудом, мелкими порциями. 'Адреналин - подумал я - надпочечники выбросили в кровь огромную порцию адреналина, именно он меня и спас'. Наконец дышать стало легче, спазмы прошли, зрение восстанавливалось и мир заиграл всеми красками. 'Вот ведь, там внизу я наобещал всякого, разного - мне было неудобно за свою слабость, с Богом отношений тоже портить не хотелось - Прости Господи! Ну какой из меня монах? Ну а какой из меня священник?! А, про праведника, это я просто погорячился, нет уж, давай, как раньше - ты там у себя, как нибудь, а я тут, аналогично'. Дыхание стало спокойным и глубоким, силы прибывали, я уже уверенно держался на воде. 'Простит, - подумал я - всегда ведь прощал, с чего бы, сейчас, Ему прибегать к карательным мерам?'. Появились мысли о своих дальнейших перспективах, я болтался посреди моря и до спасения было еще далеко. 'Не о том просил - подумалось мне - Что воздух? Его тут сколько угодно - я окинул взглядом небесную высь - землю мне надо было просить. Немного, только чтобы лечь и обнять ее руками'. Солнышко грело мое лицо ласковыми лучами и я стал подгребать одной рукой сильнее, разворачиваясь на месте. Я, сначала, даже не понял, что вижу - прямо посреди моря торчала огромная глыба бетона, а из нее, стремилась вертикально вверх колоссальная бетонная колонна. Я запрокинул голову вверх... Мост, нет это был МОСТ, пилон выходящий из фундамента (кажется мостовой фундамент 'бык' называется), устремлялся вверх на немыслимую высоту. Самое удивительное было то, что мост висел в воздухе, ни на что больше не опираясь, я проводил взглядом пролет моста, далеко... очень далеко, сквозь туманную дымку угадывался второй пилон. Между пилонами провисал толстенный трос, а сам мост висел на многочисленных растяжках. 'Между пилонами верных полтора километра' - потрясенно подумал я. Солнышко поднялось еще невысоко, очевидно было раннее утро, над водой стояла призрачная дымка. Я повернул голову в другую сторону и увидел берег, до него было метров двести, удивительно, почему я раньше его не видел, может быть туман закрывал? Более короткий пролет моста выходил далеко на берег и скрывался за косогором ни на что не опираясь. 'Двести метров расстояние вполне реальное - подумал я - но только не сейчас'. Я невольно вернулся взглядом к фундаменту, 'Поплыву туда, может быть, найдется какая ни будь железяка, за которую можно зацепиться, повисеть на ней, отдохнуть, хотя бы минут десять'. И я поплыл, до 'быка' было метров тридцать и вскоре, я уже плыл вдоль одной стороны изучая 'стенку' взглядом. На этой стороне в пределах доступности ничего не попалось, пришлось плыть дальше, огибая грань конструкции и продолжая поиски. Бегло осмотрел поверхность и стало совсем кисло, вполне могло случиться так, что мне придется плыть к берегу, так и не отдохнув. 'Не может быть - со злостью подумал я - это не атомная станция, должна быть какая-то зацепка, железяка завалящая, дырка или трещина'. Я обогнул очередную грань и заорал от радости, попутно хлебнув соленой водички. 'Не было полушки и вдруг алтын, теперь я знаю, как этот алтын выглядит'. Это была лестница, надежная, капитальная лестница, намертво вделанная в бетон, она поднималась до самого верха и у меня появилось предвкушение приятного отдыха в горизонтальном положении. В четыре взмаха я достиг ее и повис на второй перекладине наслаждаясь прелестью момента, повисев с минуту, поднял голову и посмотрел наверх. 'Метров восемь, сущие пустяки, полезу пожалуй', взлетел по лестнице моментально, даже приятная легкость во всем теле образовалась.

Перейти на страницу:

Похожие книги

120 дней Содома
120 дней Содома

Донатьен-Альфонс-Франсуа де Сад (маркиз де Сад) принадлежит к писателям, называемым «проклятыми». Трагичны и достойны самостоятельных романов судьбы его произведений. Судьба самого известного произведения писателя «Сто двадцать дней Содома» была неизвестной. Ныне роман стоит в таком хрестоматийном ряду, как «Сатирикон», «Золотой осел», «Декамерон», «Опасные связи», «Тропик Рака», «Крылья»… Лишь, в год двухсотлетнего юбилея маркиза де Сада его творчество было признано национальным достоянием Франции, а лучшие его романы вышли в самой престижной французской серии «Библиотека Плеяды». Перед Вами – текст первого издания романа маркиза де Сада на русском языке, опубликованного без купюр.Перевод выполнен с издания: «Les cent vingt journees de Sodome». Oluvres ompletes du Marquis de Sade, tome premier. 1986, Paris. Pauvert.

Донасьен Альфонс Франсуа Де Сад , Маркиз де Сад

Биографии и Мемуары / Эротическая литература / Документальное
Ты - наша
Ты - наша

— Я… Пойду…Голос не слушается, колени подкашиваются. Они слишком близко, дышать сложно. И взгляды, жесткие, тяжелые, давят к полу, не пускают.— Куда? — ласково спрашивает Лис, и его хищная усмешка — жуткий контраст с этой лаской в голосе.— Мне нужно… — я не могу придумать, что именно, замолкаю, делаю еще шаг. К двери. Сбежать, пока не поздно.И тут же натыкаюсь спиной на твердую грудь Каменева. Поздно! Он кладет горячую ладонь мне на плечо, наклоняется к шее и говорит, тихо, страшно:— Ты пришла уже, Вася.Я хочу возразить, но не успеваю.Обжигающие губы легко скользят по шее, бросает в дрожь, упираюсь ладонями в грудь Лиса, поднимаю на него умоляющий взгляд.И падаю в пропасть, когда он, жадно отслеживая, как Каменев гладит меня губами, шепчет:— Тебе уже никуда не нужно. Ты — наша…ОСТОРОЖНО!ПРИНУЖДЕНИЕ!МЖМ!18+

Мария Зайцева

Эротическая литература
Должница
Должница

Я должница. Он хранит мою тайну, но требует за нее очень высокую плату. У меня нет собственных желаний и планов. Он все решает за меня. Мой долг очень большой, иногда мне кажется, что проще сгнить в тюрьме, чем выполнять его команды и участвовать в грязных играх Белова.— Ты могла быть уже свободна, но ты предпочла попасть ко мне в рабство надолго. У меня для тебя новая пьеса. Почти главная роль. Отыграешь великолепно, не сфальшивишь – твои долги спишутся. Снова меня предашь – пойдешь по этапу. Я лично позабочусь о том, чтобы тебе дали самый большой срок. Не нужно меня больше разочаровывать, — с угрозой в голосе произносит он. — Себя не жалко, мать пожалей, второго инфаркта она не перенесёт. — Что я должна делать?— Стать моей женой.От автора: История Елены и Родиона из романа «Слепая Ревность». Серия «Вопреки» (Про разных героев. Романы можно читать отдельно!)1. «Слепая Ревность» (Герман и Варвара)2. «Должница» (Родион и Елена)

Евдокия Гуляева , Надежда Волгина , Надежда Юрьевна Волгина , Наталья Евгеньевна Шагаева , Наталья Шагаева

Современные любовные романы / Эротическая литература / Самиздат, сетевая литература / Романы / Эро литература