– Мужчины и женщины Альбиона! Британцы и британки! Собратья мои!
Случилось то, что рано или поздно должно было случиться: нам предъявлен ультиматум. Используя ничтожный повод и ещё более ничтожные обвинения, руссофранки требуют, чтобы им разрешили оккупировать часть нашей страны. При этом они не скрывают, что оккупация свершится даже без всякого разрешения – при помощи грубой силы.
Вековая ненависть России и Франции к Альбиону общеизвестна. Сегодня она получила новое, я бы сказал, исчерпывающее подтверждение. Врагам недостаточно Парижского трактата, им уже мало повседневного контроля со стороны стационарной миссии ООГ, они покусились на наш суверенитет. И я вместе с вами сегодня говорю руссофранкам: хватит! Мы долго терпели постоянное вмешательство в наши дела, ограничение экономической деятельности, унизительный запрет на создание полноценной армии. Но сейчас речь зашла о введении на территорию Альбиона оккупационного корпуса, и этого терпеть больше нельзя, если только мы хотим остаться самими собой и сохранить национальное самоуважение…
От вашего имени я отклоняю предъявленный ультиматум. Вооружённые силы и органы внутренних дел Альбиона приведены в состояние боевой готовности. Они отразят нападение руссофранков. Враг увидит, что мы гораздо сильнее, чем он представляет. И я хочу, чтобы вы знали: в этот грозный час мы не одиноки. Решительный протест франко-российскому союзу уже заявили Северная Америка и Япония, готовятся демарши и со стороны других стран. Не сомневаюсь, что нам будет оказана всесторонняя помощь. Мир устал жить под пятой союзников…
Его величество король Альбиона Филипп Третий полностью разделяет мою позицию. Она проста: сражаться, сражаться и сражаться. Если понадобится, мы укрепим вооружённые силы созывом народного ополчения. Каждый выигранный нами день будет приближать поражение руссофранков. Чем дольше продлится наше сопротивление, тем вероятнее победа Альбиона. Время работает на нас, помните это, дорогие собратья…
Глава четырнадцатая
О как! Чаша перекрыла нелюдям путь в мир? Мне показалось, что я ослышался…
Айрин в возбуждении даже привстала.
– Но каким образом? – изумлённо спросила она. Глаза её округлились, красивые, мягкие, как шёлк, рыжие волосы взъерошились, милое лицо от волнения побледнело, и я вдруг почувствовал, что защемило сердце. Невольно и не вовремя. Влюбиться при исполнении – такого со мной ещё не случалось…