Несмотря на всю стойкость обороняющихся и их желание продолжать драться, тем более было видно, что русские тоже допускают промахи в этом сражении, реальность показала неспособность 6-го «ударного» космофлота Сенатской Республики на данный момент противостоять нашим «северянам». Ни перегруппировки и поздние попытки перестроения в «каре», ни введение в боя снова кораблей Пайпер Райт и Корделли, уже не могли ничего исправить, американцы явно проигрывали и постепенно начинали массово отступать, разлетаясь в разных направлениях…
Как раз в этот самый момент в секторе появилась дивизия «Тандерберд», все это время отступавшая от перехода «Бессарабия-Таврида», после поражения от Хромцовой. Появление свежих сил противника у центральной планеты, да еще и в непосредственной близи, так как Кирк Байо все это время приближался к месту действия прикрытый от локаторов русских геоидом планеты, могло кардинально изменить ход сражения. Павел Петрович Дессе уже было начал отдавать приказания на перегруппировку своих атакующих «клиньев» в оборонительные «каре», чтобы полностью не потерять флот. Однако, взглянув на тактическую карту, наш командующий с облегчением выдохнул. На хвосте коммандера Байо уже висели наши быстроходные крейсера и эсминцы 5-ой «ударной» дивизии Агриппины Хромцовой…
— Никто из моих дивизионных адмиралов меня в этой кампании не хочет слушаться, — усмехнулся Павел Петрович, пересчитывая на экране появляющиеся русские корабли, которых оказалось почти двадцать единиц. — Но даже, несмотря на все это нам каким-то образом удается побеждать…
Меньше стандартного часа хватило, чтобы окончательно сломить сопротивление американцев, и 6-ой «ударный» космофлот АСР начал беспорядочный отход от Херсонеса-9…
Предварительные данные по результатам сражения были следующими:
— А теперь выстраиваемся широкой дугой и начинаем охватывать улепетывающих «янки», — отдал распоряжение адмирал Дессе, видя, что у Джонса и его адмиралов, несмотря на то, что им удалось выскользнуть из клещей, шансов выжить все равно не было, количественное и качественное преимущество нашего флота над вражеским не только не уменьшилось, это соотношение еще и увеличилось. — Сколько бы вы не бегали, друзья мои, итог один — вам конец…
— Господин, адмирал, — прервал командующего, дежурный, — поступил сигнал с линкора «Звезда Эгера».
Павел Петрович вздрогнул и быстро подошел к монитору.
— Наша 12-ая дивизия окружена и прижата к кольцу перехода на «Тарс» кораблями 4-го «вспомогательного» космофлота… Вице-адмирал Кантор посылает сигнал о помощи…
Вот это дилемма! С одной стороны, прямо по курсу перед тобой остатки одного из лучших «ударных» флотов Сенатской Республики, которые легко можно догнать, окружить и добить. С другой — в шести часах лета одна из твоих дивизий, попавшая в ловушку, и женщина, которую ты любишь всем сердцем, ждущая от тебя помощи.
— Прекратить преследование противника, — выдавил из себя Павел Петрович, сжав кулаки, — идем к переходу «Таврида-Тарс»… Всем кораблям — включить «форсаж»!
Глава 11
В просторной каюте флагманского линкора «Москва» — личных апартаментах императора, царила непринужденная, почти домашняя атмосфера после торжественного обеда по случаю очередной победы императорского флота. За изящным овальным столом из прозрачного сверхпрочного материала расположились: сам Константин Александрович, его брат великий князь Михаил, старший сын императора Артемий, ну и конечно же, капитан-командор Таисия Романова. Сидели так сказать по-семейному…
В каюте, скорее похожей на царские покои, витал дух роскоши и аристократического величия. За огромными панорамными иллюминаторами, закрытыми прозрачными ставнями, виднелась бесконечная чернота космоса, усыпанная сверкающими огнями десятков боевых кораблей. На стенах и потолке каюты переливались голографические проекции созвездий и галактик, создавая ощущение пребывания в самом центре Вселенной.