Читаем Агония полностью

— Ваша очередь, — сказала она, посмотрев на Свету. Та рассмеялась, и ее смех резко выделился в общем гуле голосов.

Снова потекли разговоры, шутки, но Регина, внезапно разволновавшись, не могла различить, кто и что говорил, все слилось в какой-то неразделимый гомон, из которого она слышала лишь отдельные слова. Так странно, что столь сильное волнение охватило ее именно сейчас. Не тогда, когда только заподозрила беременность, и не вчера, когда ощутила сильнейшую тошноту, а в минуту, когда озвучила это вслух.

На ватных ногах она подошла к столу. Кивнула, согласившись на чай и яичницу с ветчиной. Почувствовав на себе сильные Вадькины руки, она вздохнула и уткнулась горящим лицом ему в шею.

— Все, не дергайте их! — как сквозь пелену прорезался громогласный голос свекрови.

— Мы любя, — посмеялся Константин Львович.

— Тихо. Теперь ждем. Просто ждем, — шепотом проговорила она, будто боялась спугнуть грядущее чудо.

* * *

Нелегко досталось им это чудо, но Регина давно уже все забыла. Забыла в своей радости, в смехе своего мужа, в улыбке их маленькой дочери. Появившись девять месяцев назад, маленькое цветущее создание подчинило себе весь их мир.

— А почему меня никто не встречает? — как будто удивленно спросил Вадим, проходя в гостиную, в комнату, которая и на гостиную-то стала не похожа, а скорее на детскую. Все в их квартире говорило, просто кричало о ребенке. Повсюду были детские вещи и игрушки.

— Некогда нам, — улыбнулась Елена Ивановна, сидя на мягком ковре рядом с внучкой. Малышка усердно теребила в руках игрушку-собачку, набитую чем-то шуршащим.

— Видишь, сколько бабушка новых игрушек купила, доча от радости аж папу проворонила, — посмеялась Регина.

— Папу на игрушки променяла?

Малышка вскрикнула, бросила свои дела и поползла к отцу.

— Это она возмущается, что ты в дверь не позвонил, вот она и прокараулила, — снова засмеялась Реня, чмокнула мужа в губы и направилась на кухню, чтобы разогреть ужин.

Приходя с работы домой, Вадим всегда звонил в дверь, даже если открывал своим ключом. И Ева, услышав дверной звонок, со всех ног, правда, еще не бежала, но уже ползла встречать папу. Такая у них была традиция. Отец подхватывал дочку на руки, и она открытым ротиком прижималась к его щеке — целовала.

— Опять бабушку нашу разорила?

Он с упоением целовал свою дочь, и каждый раз, как губы касались ее нежной щечки, его сердце загоралось еще большей любовью, хотя, казалось, сильнее любить это маленькое чудо невозможно.

— Что ты, Вадим, это же такое счастье… — с благоговением вздохнула Елена Ивановна.

— Вы ужинали?

— Еву покормили, сами не ели, тебя ждали.

— Пойдем, доча, помоем ручки и сядем есть, а то папа голодный, как волк. Как же я люблю свою тещу. Мама, дай вам бог здоровья, оставайтесь с нами жить, — сказал, предвкушая вкусный ужин — Елена Ивановна просто потрясающе готовила.

Теща засмеялась, залившись приятным румянцем, и послала ему вдогонку комплимент:

— Я тоже всем говорю, что у меня самый лучший в мире зять. Самый лучший!

Перед тем как сесть за стол, Вадим хотел усадить Еву за детский столик, но она протестующе вскрикнула.

— Понял, малышка, я все понял, — сказал он и оставил дочь у себя на коленях. Маленькая Ева, тут же схватив лежащую поблизости ложку, принялась стучать ею по столу.

Пока Регина накрывала на стол, Шамрай не отрывал от нее глаз. Она, словно почувствовав ласкающее прикосновение его взгляда, обернулась и улыбнулась улыбкой, которая принадлежала только ему.

— Правильно, Евуля, задай всем жару. Кормили, говорят… Нагло врут! Мать, давай еду. Не кормили, обижали… Рассказывай, доча, ща папка им устроит.

Крошка, слыша свое имя и чувствуя к себе внимание отца, заголосила. Залепетала под ритм стучащей по столу ложки.

— Какая девчонка у нас растет. Ой, какая веселая у нас девчонка! — заворковала Елена Ивановна, потянувшись к внучке. И девочка улыбнулась ей, широко раскрывая свои серые, опушенные густыми ресницами глаза, — папины глаза, — озаряя все вокруг своим лучистым радостным светом.

— На Вадьку похожа, да, мам?

— Похожа, он же так этого хотел.

— Конечно. Моя дочь должна быть похожа на меня, — улыбнулся Шамрай, и эта улыбка, заигравшая в изгибе его губ, выражала все на свете. И отцовскую гордость за свое чадо, и безграничную любовь, и то самое уверенное спокойствие, о котором втайне мечтает каждый закоренелый циник.

Их дочурка росла, менялась, ежедневно и ежечасно учась чему-то новому. Ежедневно и ежечасно она чему-то новому учила их. Каждый новый с ней день — целая жизнь.

Перейти на страницу:

Все книги серии Агония [Сергеева]

Похожие книги

Связанные долгом
Связанные долгом

Данте Босс Кавалларо. Его жена умерла четыре года назад. Находящемуся в шаге от того, чтобы стать самым молодым главой семьи в истории чикагской мафии, Данте нужна новая жена, и для этой роли была выбрана Валентина.Валентина тоже потеряла мужа, но ее первый брак всегда был лишь видимостью. В восемнадцать она согласилась выйти замуж за Антонио для того, чтобы скрыть правду: Антонио был геем и любил чужака. Даже после его смерти она хранила эту тайну. Не только для того, чтобы сберечь честь покойного, но и ради своей безопасности. Теперь же, когда ей придется выйти замуж за Данте, ее за́мок лжи под угрозой разрушения.Данте всего тридцать шесть, но его уже боятся и уважают в Синдикате, и он печально известен тем, что всегда добивается желаемого. Валентина в ужасе от первой брачной ночи, которая может раскрыть ее тайну, но опасения оказываются напрасными, когда Данте выказывает к ней полное равнодушие. Вскоре ее страх сменяется замешательством, а после и негодованием. Валентина устала от того, что ее игнорируют. Она полна решимости добиться внимания Данте и вызвать у него страсть, даже если не может получить его сердце, которое по-прежнему принадлежит его умершей жене.

Кора Рейли

Остросюжетные любовные романы / Современные любовные романы / Эротическая литература / Романы / Эро литература