Когда по окончанию танца они возвратились обратно, то застали забавную картину. Возле невозмутимого, как прибрежная скала, опёршегося на колонну Тумана неловко толклись женщины, периодически натыкаясь друг на друга. У всех на лице кипела напряжённая работа мозга. Периодически то у одной, то у другой лик вспыхивал улыбкой озарения и она изрекала подходящую, с её точки зрения фразу, которая могла заинтересовать неприступного красавчика.
- Герцог, ну а как вы относитесь к девушкам, которые готовы измениться ради своего мужчины? Начать одеваться, как ему нравится и делать всё, что он скажет? Меня как раз воспитывали…
- Терпеть этого не могу, - безразлично обрывал надежды Туман. – Кому может быть интересна безликая, лишённая характера и собственного мнения особа?
Получив ответ, дама затухала и смешивалась с толпой, чтобы придумать новую, подходящую к ситуации реплику.
- Но ведь женщина может откровенно одеваться до тех пор, пока не нашла свою вторую половинку, согласны? Ведь как то надо привлечь к себе внимание мужчин? Иначе как они поймут, что я обладаю привлекательным телом? – Пытала счастье другая обладательница выставленных напоказ пышных форм.
- Женщина может оголять всё, что хочет, - неожиданно соглашался Туман. – Особенно, если кроме тела у неё ничего нет – ни вкуса, ни ума, ни достоинства.
- Но привлекательное тело – это уже немало! – Собеседница решила ввязаться в безнадёжный спор.
- Для меня мало. Думаю, вам стоит поискать других мужчин, которых привлекает только удовлетворение физических потребностей. Пока вы сохраняете свои шикарные формы, они будут оставаться с вами. Но не дольше. – Философски заметил Туман, отправляя даму в очередной длительный круиз по волнам недалёких мыслей.
- А иногда так хочется провести время как раз с мужчиной, которого привлекает только тело, - ехидно заметила подошедшая Аида, надеясь вызвать поглощающего сущность на спор. – Чтобы не рассуждал, а действовал без лишних слов.
Аристократки в ужасе воззрились на девушку, посмевшую сказать такое после того, как красавец-герцог заявил о своём категорическом неодобрении подобного поведения. Они с нетерпением ждали резкой и грубой реакции на фразу иностранной гостьи, предвкушая её унижение.
- Прекрасно подмечено, моя королева, - горячо отозвался Туман, наклонив голову. - Именно это я и имел в виду.
- Что? Как? – Закудахтали сбитые с толку аристократки. – Но вы только что говорили…
- Я говорил, что в девушке привлекательнее всего характер, - парень широко улыбнулся. – И собственное мнение. Именно это блестяще продемонстрировала нам её высочество. А сейчас я вас покину, дамы. Спасибо за интересную беседу. – Поглощающий сущность невозмутимо повернулся спиной к своим недавним собеседницам, раздавленным его последней выходкой, и присоединился к друзьям. Переглянувшись, они хором рассмеялись.
Бал подходил к концу, и Аида поймала себя на мысли, что расслабившись в компании парней, она совершенно забыла об испытании. Ведь если древний имеет какую-то связь с королевской семьёй, он наверняка сейчас где-то здесь. Хотя, распознать его в такой толпе – задача, конечно, невыполнимая. Тем более при повышенном внимании противоположного пола.
- Ну и ладно, - решила про себя она, улыбаясь друзьям. – Времени у меня полно, займусь этим позднее.
Её мысли прервала подошедшая к ним Лавиния, только вот выглядела она как-то совсем не так.… Во-первых, откровенное платье-ночнушка сменилось непрозрачным нарядом до середины бёдер. Во-вторых, она прямо-таки сочилась дружелюбием и смотрела при этом именно на Аиду!
- Извините, что вмешиваюсь в вашу беседу, но мне нужно сказать пару слов её высочеству, - нежно проворковала она. – Вы можете не отходить, так как это не секрет.
- Я слушаю, - чуть удивлённо отозвалась Аида, пока её друзья мерили дочь короля насмешливо-понимающими взглядами.
- Ну, во-первых, хочу извиниться за те резкие фразы, которые говорила в начале бала, - принцесса сладко улыбнулась и стрельнула глазками в парней. – Я обращалась не к вам. У меня иногда бывают мысли вслух, но всё равно стоило сдержаться. Вы же простите меня?
В голосе звучала фальшивая надежда и покорность.
- А во-вторых, я бы хотела поговорить с вами насчёт моего брата, - не дождавшись ответа, продолжила Лавиния слегка приглушённым голосом. – Вы, наверное, уже заметили, что небезразличны ему?
- Думаю, вы ошибаетесь, - отозвалась, наконец, Аида, брезгливо разглядывая собеседницу.
- О, нет, нет! Что вы, что вы! – Эмоционально воскликнула та, явно играя на публику. – Отец давно мечтает найти ему достойную партию, но, увы… сердцу не прикажешь, как говорится.
Она театрально пожала плечами и развела руками в стороны, выражая несуществующее огорчение.
- И вот, свершилось! Когда мой милый братец впервые увидел вас, в его душе, наконец, пробудилась искренняя симпатия и влечение. Я помню, в тот же день он сказал мне, как поражён вашей красотой и умом…
- Невероятно трогательно, - вмешался вдруг Туман. – У вас такие интересные нравы…