— Пока находятся желающие заниматься разметкой на наших условиях, это невыгодно. Да и место в штате еще ничего не гарантирует. Ты считаешь, у нас плохие условия? — я заметил, что повысил голос, и заставил себя улыбнуться. — Вот что. Аська из продаж заболела, вместо нее кто-то другой должен выехать к одному тут клиенту, но давай-ка мы с тобой скатаемся. Я там не был сам, но слышал кое-что об этой конторе. Посмотришь, что такое настоящая эксплуатация человека человеком.
— Сейчас-сейчас доложу Антонине Марковне! Проходите! — суетилась секретарша, поправляя пергидрольные кудряшки. Выглядела она жалко: дешманские шмотки с рынка с претензией на деловой стиль. В толстовке и джинсах смотрелась бы куда лучше.
Найти Антонину Марковну оказалось нетрудно — над опен-спейсом разносился визгливый рев:
— Это твоя ответственность — следить, чтобы они работали! У этой кобылы пятьдесят звонков за день, у того барана и вовсе тридцать шесть! Продажи нулевые! А сама в отпуск намылилась, индюшка! Когда, через неделю? Хрен тебе, а не отпуск!
— Но я уже путевку взяла… — послышался ответный лепет.
— Сдавай. Не смогла обучить стажеров в рабочее время — займешься ими в отпуске!
Мы проследовали в направлении ора мимо привычно втянувших головы в плечи сотрудников.
— Антонина Марковна, тут… — начала было секретарша.
— Светка, погоди, не лезь ты! Не видишь, я занята! Ещё одна чушка тупая на мою голову! — директриса увидела нас и мгновенно сменила тон. — Ой, здравствуйте! Извините, у нас рабочий момент тут… Пройдемте в мой кабинет! Светочка, принеси чаю.
В кабинете Антонины Марковны было не по-офисному уютно: изобилие зелени, розовые занавески, симпатичные пуфики. Пухлыми пальцами, унизанными золотыми кольцами, она поправила элегантную причёску и улыбнулась, хотя лоб и глаза остались неподвижными. Как и многие дамы за полтос, она игралась с ботоксом и проиграла.
— Какую продукцию вы собираетесь рекламировать? — спросила Оля.
— Продукцию? — удивилась Антонина Марковна. — Вы не в курсе, новенькая, наверно? Наша продукция поставляется предприятиям и в широкой рекламе не нуждается… Нет, мне нужны сотрудники.
— У вас не хватает сотрудников? — Оля не смогла скрыть удивление, губы ее округлились. В опен-спейсе, через который мы только что прошли, сидело человек сорок, не меньше.
— Текучка… — неопределенно повела рукой Антонина Марковна. — Люди так неблагодарны. Только обучишь их всему, сразу уходят… А ведь у нас прекрасные условия! Опыт, образование — ничего не требуем. Принимаем и молодежь, и пенсионеров. Важна только готовность трудиться с полной отдачей. Оформление по ТК, белый оклад… небольшой, конечно, но реальные заработки зависят от эффективности сотрудника. Мы ищем тех, кто готов взять свою жизнь в собственные руки!
— Превосходно! — я широко улыбнулся. — Давайте же обсудим стратегию кампании, выберем площадки…
На самом деле, конечно, такие рекрутинговые кампании велись по одному шаблону, запускаемому в два клика. Но чтобы потрафить чувству собственной важности клиента, с ним на серьезных щах обсуждали целевую аудиторию, конверсии, таргетинг — короче, закидывали умными словами, которых он не понимал. И тем создавали ощущение, что новейшие технологии откроют его бизнесу волшебные перспективы. Это чувство и было по существу главным нашим товаром, потому часовая беседа входила в пакет услуг.
Антонина Марковна любезно проводила нас к выходу. Пока мы ждали лифта, донеслась новая порция воплей: кто-то из сотрудников осмелился ходить по офису. Людям, взявшим свою жизнь в собственные руки, не разрешалось здесь в рабочее время вставать со стула.
— Ужас какой! — Оля передернула плечами, заходя в лифт. — Как они это только терпят?
— А куда деваться без образования и опыта? — криво усмехнулся я. — Только в такие вот шараги на холодные звонки…
— Какая вообще польза от таких сотрудников? Продажи — это же искусство… Что могут продать забитые люди? Чем эта контора вообще торгует?
— Сырьем вроде, для косметической промышленности. Старый добрый китайский прием: название фирмы отличается от известного бренда на одну букву. Зато дешево… ну или дорого, если с хорошим откатом. Если горе-продажник за месяц найдет хоть одного клиента, уже принесет прибыль.
— Теперь только в Европе косметику буду заказывать, — поморщилась Оля. — Но почему они не жалуются в трудовую инспекцию, раз оформлены в штат?
— Пожалуются — останутся с символической белой зарплатой. Все по закону, трудовая возразить не сможет.
— Почему люди идут на такие условия?
— На серую зарплату-то? Как правило из-за кредитов, если их уже взыскивают по исполнительному листу.
Мы вышли на улицу. Оля закурила, стряхивая пепел в высокую блестящую урну.
— Ну все равно… чего она орет на них так, эта Антонина? Ей лечиться надо…