Маленький, но пропорционально сложенный, ростиком сантиметров тридцать. По виду подросток. На голове серая шапочка, из-под которой выбиваются пшеничного цвета кудри. Большие зелёные глаза, обрамлённые густыми чёрными ресницами, маленький носик кнопкой и тонкие губы. Одет в белую рубашку и серый костюм. На ногах чёрные ботиночки.
– Госпожа Мария, – шмыгнул носом маленький человечек, его глаза наполнились слезами, губы задрожали. – Я прикреплён к вам в услужение. Меня зовут Дора. Извините за шум, хотел форму незаметно в шкаф повесить, удивить вас, а там темно, промахнулся и снёс все платья. Не прогоняйте, я быстро всё приберу, – он так жалобно и тихо говорил, что сердце сжималось. – Первый день, как меня приняли в Академию на службу, по просьбе батюшки и матушки. Они тут сто лет работают. А в этом году наплыв студентов, срочно начали принимать молодых домовых на службу. Это мой шанс… – я не заметила, как села на пол, держа мальчишку на руках. Слёзы градом катились по щекам. Сама не поняла, как заплакала за компанию. Всхлипывал он, всхлипывала я, оплакивая свою судьбу.
Я слышала, как он жаловался на жизнь, что без связей на работу трудно попасть, а ему нужно накопить золота на свадьбу. Он говорил, а я думала о своей горемычной судьбе, что, скорее всего, не попаду никогда домой в свой техномир, никогда не увижу друзей и родных.
– Развили сырость, – Василий нахмурился и забрался ко мне на колени. – Всё, хватит пол протирать подолом. Поднимайся. Да, ты сейчас не дома и вряд ли когда-либо туда попадёшь. Но есть один маленький плюс, – я перевела взгляд на кота. – Мама жива и ждёт твоего возвращения. Ты полна магии, осталось лишь научиться ею пользоваться.
– Ты прав, Василий, – вытирая слёзы, поднялась с пола. – Хватит киснуть. Мама жива, будем тут бороться за счастье под солнцем. Дора, зря не расстраивайся. Никто тебя не прогонит. Платья легко поднять, – домовой улыбнулся.
– Спасибо, госпожа Мария Мирабелла. Да я для вас, всё что угодно.
– Всё? – улыбнулась и подумала о булочке.
– Почти всё, в разумных пределах. Без преступлений, – домовой поправил шапку.
– Нет, ничего такого, – заверила малыша. – Расскажи, питомцы разрешены в Академии? А то вот тут Василия пронесла в багаже…, – нервничая, закусила губу, ожидая ответ.
– Разрешены и скажу больше. Вам придётся, так как вы поступили на бытовой факультет, самой поймать и приручить магического помощника. Это задание выполняют все бытовички на первом курсе. Вы разве не знали? – он удивлённо посмотрел на меня, а затем перевёл взгляд на Васю. – О-о-о, вы уже приручили? Странно, что с такой сильной магией и вы не невеста дракона.
Закашлявшись, замахала руками.
– Нет-нет, ты всё не так понял, – пыталась вспомнить, что врала Злате и не смогла. Так совсем запутаюсь в показаниях. – Василий не мой помощник. Он помощник моего папочки. Нет, не помощник… Папа его наделил магией, а так он был простой кот, – так, не нервничать. Домовой кивнул и направился к шкафу.
Уф-ф, кажется, поверил.
– Госпожа, первый закон домового: никогда и ни при каких обстоятельствах никому не рассказывать, что происходит в доме хозяев. Вы можете на меня положиться, кем бы то вы ни были. Я чувствую, что вы нервничаете и переживаете, пытаясь придумать историю. Пусть ваши секреты останутся в этой комнате. Всё что я услышу и увижу, в дальнейшем останется внутри меня. Домовой скорее умрёт, чем предаст хозяина, пусть и временного. Это знают все магики этого мира.
– Спасибо, – улыбнулась и встала с пола.
– Если я понадоблюсь, вам стоит только произнести моё имя.
– Дора, если разрешены домашние питомцы, то, как насчёт питания для них?
– А вы всё ещё его не внесли в свою карту? – Дора посмотрел на Васю.
– Дора, я совершенно ничего не знаю об Академии. Ехала на свой страх и риск, так хотелось учиться. Я издалека.
– Госпожа Мария Мирабелла не переживайте, я сам внесу в реестр кота обыкновенного. Буду приносить питание три раза в день.
Василий выпустил когти и зашипел.
– Я наделён магией и разумом. Есть буду только то, что люблю.
– Меню принесу, – домовой исчез.
– Васенька, пожалуйста, не пали контору, подружись с Дорой. Хватит этих искр.
– Какую контору? Я же не огненный голем, конторы палить, – засмеялся кот. – Нет, ты видела, что этот паршивец совершенно ко мне без уважения и пиетета. Я ему ещё поправлю шапку.
Не успел разозлённый кот закончить, как сверху на его широкий лоб упала тонкая тетрадь. Я присмотрелась и прочитала: меню.
– Ой, промахнулся, извините. Тяжёлое меню, – пропищал Дора, скрываясь в ворохе платьев.
– Мур… – Василий кинулся в шкаф. – Платья для тебя не тяжёлые, а меню…
– Послышалась возня, – я махнула рукой. Пусть сами разбираются, разок подерутся и помирятся. Взяв расчёску, присела за туалетный столик.
День был очень тяжёлый. Единственное, что хотелось: принять душ и в мягкую постель.
Утро началось с громкого звука будильника над ухом.
Глава 20. Профессор Лаучана Фейт