— Ориана… — передразнила Грейс, выдернула руку и смерила меня недовольным взглядом. — Когда за мной прислали императорских ищеек, я чуть к рианам не отправилась, но оказалось, что это ты. Всего лишь влезла в дела императора, чуть не умерла, а теперь ещё и… — она исподлобья покосилась на дверь. — Милая, когда говорила, что у тебя отбоя от поклонников не будет, я никак не думала, что ими станут…
Тройной стук в дверь прервал её откровения. В открытую дверь, да и издевки в этом было столько, что о личности посетителя гадать не приходилось.
— Святые рианы! — ахнула Грейс и согнулась почти пополам.
— Бросьте, госпожа Гомели, — отмахнулся император и лично помог ей встать.
При дневном свете он выглядел гораздо симпатичнее того чудовища. Высокий, жилистый, изящный в идеально скроенном камзоле. Со светлыми волосами, тонким ободом короны и яркими глазами он действительно походил на принца из сказки. Из очень страшной сказки, если вспомнить его суть.
— Разрешите мне побеседовать с вашей подопечной наедине? — склонил он голову.
— Конечно, ваше императорское величество, как прикажете. Желаете чего-нибудь? — спросила она уже от двери.
— Молока, — обронил Лориан и Грейс как ветром сдуло. Вместе с дружелюбием и добрым нравом императора. — Эвилонберга казнили, — усмехнувшись, начал он без предисловий, — так что стать частью императорской семьи, тебе, к счастью, не светит. Империя компенсирует заключённый, но не свершившийся договор между тобой и дядей, перечислив на счёт в Имперском банке приличное состояние.
— Но…
— С этого момента ты считаешься совершеннолетней и можешь управлять всем своим наследством. — Лориан сел на край кровати и улыбнулся. Примерно как фаркасы перед тем, как тебя сожрать. — Барон Присли больше не твой опекун и временно не барон.
— Временно? — Страшно не было, а вот нервно и переживательно — очень даже. И жутко хотелось оказаться рядом с Орианом.
— За многочисленные нарушения закона в отношении опекаемого мага, он отправлен на общественные работы сроком на полгода и лишением титула на тот же срок, — хмыкнул император.
Так и вижу Присли на общественных работах в компании простых людей, которых он всю жизнь презирал.
— Что за работы? — Мне же позволено это знать?
— В академии, — поднял бровь Лориан. — На кухне, посудомойщиком. Ориан настоял, пока ты пыталась в очередной раз умереть. Если Присли будет недобросовестно исполнять свои обязанности, срок удваивается, и так до бесконечности.
— Между прочим, это вы пытались меня… — напоровшись на взгляд императора, я осеклась.
— В этой империи всё — я, — криво усмехнулся Лориан, перевернул мою ладонь и коснулся запястья. По венам словно холодная змея поползла, а меня передёрнуло. — Имущество Присли переходит тебе до последнего шинка.
— Что вы делаете? — Манипуляции императора отвлекали даже от таких хороших новостей, как эти. Хороших, ведь?
— Проверяю, помолчи. — Лориан как будто прислушался к чему-то внутри себя, довольно хмыкнул и отпустил мою ладонь. — Твою подругу Вамбург за нападение в стенах академии посадили под домашний арест сроком на три года, и наложили запрет на брак на этот же срок.
Рианы, у меня сегодня второй день рождения? Потому что подарки и пугали, и радовали одновременно.
— Корсу шантажировал советник? Он заставил её напасть?
— Её заставили ревность и глупость. — Лориан поднял руку, и в ней появилась тьма, мгновением спустя превратясь в объёмный свиток. — Здесь твоё назначение на должность мага в императорском дворце.
Что? Да у меня резерва едва хватало на академические задания.
— Но, ваше императорское…
— Бесит, — скривился император, а после одарил меня мрачным взглядом. — Лориан или Лем и только наедине.
А вот теперь стало по-настоящему страшно.
— Спасибо, не надо. — Такой чести так уж точно. — И я ещё учусь, — напомнила я хрипло и откашлялась.
— Должность номинальная, — обрадовал он. — Зато оплата действительная.
— И за что мне такие привилегии? — спросила осторожно, глядя на свиток на своих коленях.
— За жизнь, — усмехнулся Лориан. — С этого мгновения и до последнего вздоха твоя жизнь принадлежит мне, твоя верность принадлежит мне, и все твои… — раздался ироничный смешок, — таланты тоже принадлежат мне.
Паника сжала сердце ледяными когтями.
— А если я против? — С каждым словом голос становился всё тише уже потому, что выбор тут не предполагался.
— Тогда будет всё то же самое, но без привилегий, — хмыкнул император и поднялся. — Ты поклялась мне в верности на изнанке мира, Аурелия Грасс, а это несколько выше твоих желаний.
— Лем, — послышалось от двери, и, нахмурившись, Ориан подошёл ближе. — Что ты тут делаешь?
— Награждаю. И, кстати, — Лориан снова повернулся ко мне, — твои самоубийственные замашки я оценил, поздравляю.
А можно я уже не буду спрашивать?
— С чем?
— Через три недели ты всё-таки выходишь замуж, за него. — Император кивнул на хмурого Ориана, и в это самое время раздался звук битого стекла — Грейс не донесла молоко. — В храме рианов, так что клятву вам обоим я напишу лично.
— А подождать не мог?