«Артефакты подобной силы завязаны на владельце и их почти невозможно украсть. Более того, при трансформации во вторую ипостась, зверь владельца впитывает в себя артефакт, возвращая его при обратной трансформации.»
Так вот почему кольцо не осталось на балконе, после того, как моё платье сгорело!
Всё дело в особой магии амулетов.
С признательностью погладила кольцо, одно присутствие которого на моём теле дарило ощущение защищённости.
Жаль только, что кольцо не могло меня защитить от угрозы, притаившейся в стенах академии.
Решив дождаться окончания бала я прогадала, потому как мой измученный очередными потрясениями организм просто не выдержал нагрузки. Я так и заснула на стуле, упав лицом на раскрытую книгу, и проснулась лишь с всеобщим «будильником».
Тело ломило, шею невозможно было повернуть в сторону. Всё моё тело словно провернули через мясорубку, а сверху для надёжности проехались катком. С шипованным вальцем.
Я с трудом размяла затёкшие мышцы и решила, что первым делом, как появится возможность, навещу Лазария. Ректор как-нибудь подождёт.
В холле учебного корпуса академии было шумно, но стоило мне застыть на пороге, как все замолчали. Внезапная тишина оглушила похлеще громкого взрыва. А после, когда первый шок прошёл, по помещению то там, то тут начали раздаваться несмелые шепотки: «Красный феникс!», «Она — красный феникс!».
И я поняла, что спокойной жизни мне не дадут. По крайней мере, в ближайшие месяцы.
По лестнице поднималась я под сопровождение многочисленных глаз. В ком-то я видела искреннее любопытство, в ком-то боязливую осторожность, а в ком-то и зависть. Да, нашлись и такие взгляды. И много!
Я старалась делать вид, что ничего не замечаю, но сложно быть совсем уж отрешённой, когда тебе устраивают встречу, словно ты — королева.
Первая лекция, ожидаемо, прошла с нарушением дисциплины. Более того, инициатором этого безобразия был сам профессор Орландо.
В аудиторию мы с преподавателем вошли одновременно, — потому как я ждала звонка, чтобы избежать лишних распроссов от однокурсников. Нас встретил не утихающий гвалт, который не прекратился даже тогда, когда профессор достиг своего стола.
— Светлого дня, адепты, — широко улыбнувшись, поприветствовал нас преподаватель. Нестройный хор ответного пожелания взорвал и без того не тихую аудиторию. — Как вы знаете, на вчерашнем балу произошло знаменательное событие. Леди Фенира, позвольте принести вам свои поздравления. Красный феникс в стенах этой академии спустя столько лет! Это настоящее событие!
Я молча кивнула, не зная, как реагировать на слова Орландо ди Вуарди. Мужчина смотрел на меня с таким восторгом, что мне становилось неловко. И стало ещё хуже, как только я поймала напряжённый взгляд Арланды, направленный на нашего профессора.
Ох, мне только ревности единственной подруги не хватало! Очевидно же, что ей не понравилось то, что профессор уделил мне слишком много своего внимания. Ещё и других привлёк своим поздравлением…
Я насилу высидела лекцию, чувствуя себя как никогда одинокой. Арланда хоть и держалась ровно, но из нашего общения куда-то исчезла былая лёгкость. Да и само общение свелось к минимуму.
Меня это сильно расстроило, а ещё захотелось прийти после пар к куратору нашего факультета и настучать ему по темноволосой голове. Чтоб мозг на место встал. А то колье мы дарим одной адептке, а глазки строим другой!
Все последующие пары проходили с не менее звенящим напряжением. Я с трудом терпела многочисленные вопросы, на которые у меня не было и не могло быть ответов, улыбалась любопытствующим и пыталась не закипеть. Всё же было намного лучше, когда меня считали серой безродной мышкой.
Но время не повернуть вспять.
Едва дождавшись звонка на большую перемену, я пулей вылетела из аудитории, чтобы спрятаться от всех в кабинете Лазария.
Но стоило мне оказаться в белоснежных стенах лазарета, как к нашему лекарю присоединился сам ректор. Не иначе, как сговорились!
— Добр-рого дня, — сказала я, запнувшись.
— Проходите, леди Фенира, — Лазарий приглашающе указал рукой на стульчик возле своего стола. — Признаться, я ждал вас ещё вчера. Вы же по поводу вчерашнего обращения?
— Я вам не помешала? — я посмотрела на лекаря и главу академии, чувствуя себя неловко.
— Нет, нисколько, — с улыбкой ответил ректор. — Мы как раз обсуждали вашу… фееричную демонстрацию зверя. Понимаю, что это было непроизвольно…
— Меня вынудили, — перебила я Расмуса и тут же опустила взгляд. Вспоминать наглые приставания василиска было неприятно, но ректор должен был знать обстоятельства моего вынужденного перевоплощения.
— Рассказывайте, — выражение лица Расмуса вмиг стало серьёзным, показывая искреннюю заинтересованность мужчины в моих словах.
И я рассказала. Я не стала утаивать или пытаться смягчить правду. По мере моего повествования глав академии всё больше хмурился и мрачнел. А когда я завершила свой рассказ, Расмус дер Ларнак вздохнул и сказал:
— Я поговорю с адептом дер Азару. В свете интереса к вашей персоне клана Фениксов, его поведение выглядит совершенно неприемлемо.