Показав Грину, что где находиться, я пошла в ванную. Умыться и переодеться мне так и не дали сегодня еще.
Глава 5
Пятнадцать лет! Пятнадцать лет я не был так счастлив. И, наверное, столько же я не заваривал девушкам чай.
Но сегодня делал это с удовольствием. Моя сестра. Да, не родная, но единственная ниточка, которая связывает меня с матерью.
Я слишком часто вспоминал ее. Эта женщина всегда была эталоном не только для меня, но и для многих демонов в нашей империи. Она любила саму жизнь и все, что с ней было связанно. Слишком добрая, слишком отзывчивая, слишком красивая. Всего слишком.
И теперь, я смотрю на Амалию и вижу ее. Когда мелкая смеется, теперь это хорошо понимаю, она так похожа на мою маму.
У меня нет ни одного портрета родительницы, но черты лица из моей памяти никуда не делись. Я запомнил ее образ на века.
– Помочь, – услышал я за спиной робкий голос сестрицы.
– Почти все. Давай пить чай, – ответил с улыбкой.
Разложив все на столе, мы уселись в кресла. Я никак не мог оторвать взгляда от Амалии, почти с жадностью рассматривал каждую черточку лица. Каждое движение. Ей, похоже, тоже было интересно.
– Ты чем-то похож на мою маму. Твоя улыбка, мне всегда казалось, что она мне кого то напоминает, и только после того, как Дай сказал про тебя, я поняла кого, – с задумчивым взглядом сказала мелкая.
– Кого? – Поинтересовался я.
– Сейчас покажу, – вскочив с кресла, она побежала к прикроватной тумбочке, порывшись в каких-то бумагах, протянула мне кулон, – это мой отец и моя мама. Твоя тетя.
Нажав на замочек на кругляше, он открылся. На двух половинках были мини портреты мужчины и женщины. Черноволосый мужчина, с приятной, доброй улыбкой, очень красив. И женщина. Такая… близкая… родная. Столько знакомых черт. Действительно, улыбаемся мы с ней одинаково. Красивая, с копной темно-каштановых волос, как у меня. Карими глазами, как у моей матери, а еще вздернутые носики похожи. У Амалии такой же.
– Ты в порядке? – спросила сестрица.
– Да. Моя мать не оставила ни одного портрета после себя. Была слишком подвижна, чтоб сидеть на месте несколько часов подряд. – Амалия рассмеялась и я улыбнулся. Сев обратно на свое кресло и прихватив, зачем то листы и карандаш, попросила рассказать о моей матери.
– Как сестры, они очень похожи. Тот же цвет волос, цвет глаз, та же улыбка. Только у моей мамы были всегда прямые волосы, она никогда не делала высоких причесок, или никогда не собирала волосы в хвост. На щеках ямочки, а сами щеки, как у хомячка. Отец всегда так говорил. – Вспоминая родителей, я улыбался, даже не замечая этого. Малая сидела и что-то черкала на листах, а я говорил и говорил. – Мне она часто сниться в своем светло голубом платье, которое просто обожала. Но всегда ругалась, мол, в нашей демонической империи и одеть то толком нечего, приходиться ей носить все старье из дома. На самом деле, она просто ждала, что ей кто-нибудь сделает комплимент. Мы с отцом со временем привыкли, и часто подшучивали над ней. А Дай…Дай любил мою мать, как свою и просто не мог не похвалить, возможно, уже раз в сотой этот наряд.
– А твой отец… – вдруг спросила Амалия.
– Он умер. Мама была его равной, и когда погибла, отец через полгода ушел за ней. Знал это. Поэтому, когда пришел на могилу прощаться с матерью, уже тогда прощался и с отцом.
– А с родственниками наших родительниц, ты виделся, когда-нибудь?
– Да. За три года до гибели мамы. Они вызвали ее к себе. Моя, как и твоя, убежала из отчего дома ради любимого. Естественно, наш дед этого не простил. Но тогда, мы поехали вместе. На меня даже смотреть не захотели. Мне и не надо это было. Я в таверне познакомился с такой девоч… эмм… то есть… я…
– Я поняла тебя. – со смехом ответила сестра. Блин. Совсем забыл, с кем разговариваю.
– В общем, мама вернулась спустя пару часов. Не в настроение. И попросила уехать. Мы вернулись к демонам, и больше ничего от эльфийских родственниках я не слышал. Да и не хотел. После смерти родителей ищу убийцу, из-за которого мы остались сиротами.
– Мы? – нахмурившись, спросила девушка.
– Ну… понимаешь… я имею ввиду всех тех, кто стал жертвой из-за него, как и я. Моя мать была не первой и не последней. – Надо собраться. Чуть не сболтнул лишнего. Знать ей сейчас не нужно о том, что и ее родители погибли из-за этого урода.
– Понятно.
– Амалия…
– Зови меня Ли. А можешь Аной.
– Ана?
– Ну, да! Мое полное имя Амалия Анабель вон Сандия. В городе, в котором мы жили, я пользовалась вторым именем. Только последний год я почти его не вспоминаю. – Грустно улыбнувшись, сказала она.
– Почему? Расскажи, что случилось после смерти твоей матери. – Попросил я.
– Грин, я понимаю, что ты хочешь знать больше о своей, не понятно, откуда взявшейся, родственнице. Но я не могу рассказать всего. И не потому, что не хочу, просто мне тяжело это все вспоминать. Да и думать об этом не хочется.
– Мелкая, в чем дело? Это… из-за отчима? – Потому, как вздрогнула девчонка, я понял, что попал в точку. – Расскажи, и все вопросы мы решим.
– Не могу… – на глазах появились слезы и она замолчала.