– Вообще, этого делать категорически нельзя. – осторожно начал Санс. – Организм, привыкший использовать определенный тип энергии, просто не справляется с тем, чтобы заполнить пустоту. Но одно дело, если просто выкачивают энергию. Она рано или поздно восстановится, хотя и состояние будет как будто всех чувств лишился.
– Но если забирают саму возможность, – продолжил Деки, – на генетическом уровне, то Носитель умрет. Или останется покалечен настолько, что лучше бы умер. Ведь это затронет абсолютно все системы организма. Включая мозг. Организм разумного существа может заменить один вид энергии другим, хоть ему и будет плохо. Но вот восстанавливать и заменять свои гены не научился еще никто.
Да уж. Ситуация.
– Но как они это делают? – не удержалась от вопроса Рула.
Впрочем, спросить хотелось нам всем.
– А вот этого никто не знает наверняка. – нахмурилась женщина – Эльес. – Выживших нет. А те, кто видел со стороны не могут внятно описать. Тень окутывает человека сплошным коконом. А потом остается уже мертвец.
Мурашки стройно промаршировали от затылка по спине и обратно.
Так что, мы, как активные и почти обученные носители Силы, решили включиться в Сопротивление.
И нас начали учить.
Уф…
УЧИТЬ.
Муштровать. Натаскивать на бой с Тенями, скрытность, добычу информации и еды. С поправкой на совершенную обычность. Работать без Силы. Абсолютно. А еще прятать ее так, чтобы Тени не учуяли.
А после выучки организма можно было и Силу подключить. И это оказалась просто убойная смесь.
Вообще, если честно, очень хотелось просто свинтить куда подальше с этой планеты, из этого мира. Не ввязываться в бой. В Войну. Но где-то внутри жили странные чувства. Одно из них страстно желало оказаться теми, кто сможет что-то сделать. Спасителями. Оно называлось тщеславие.
Второе отчаянно стремилось уберечь друзей. Оно почему-то боялось. Почти параноило насчет всех и вся. Но чтобы от “чего-то” защитить, это “что-то” надо было изучить. А потому оно тоже стремилось научиться как можно большему. Оно называло себя Ответственность.
А я пыталась не поехать крышей и не заработать шизофрению. С учетом периодического общения с Алис – моей Силой Кайха, это было вполне возможно.
Подземное укрытие Сопротивления оказалось совсем не подземным. Оно располагалось в скалах. И даже где-то под открытым небом. Тени не интересовались вопросом, почему это в расщелинах горной гряды растут съедобные растения и гуляют домашние животные. И хотя Сопротивлением назывался весь народ, живущий в скалах, боевая его часть расположилась несколько в стороне. Чтобы в случае чего не выдать остальных.
Туда нас и привели изначально. Нет, нам потом показали мирное население. И это было удивительно, насколько приспособились лери, насколько сумели не просто выжить, а действительно жить. И пусть дети почти не видели неба, не привыкли к открытым пространствам и вообще выглядели довольно бледными на нашем фоне, они были живы. И это было главное.
В боевой же части было самое главное – пространство для тренировок. Иногда мы выходили в Лес Реки. Обязательно с опытными воинами.
Тени стекались на Силу. Ее же Сопротивление и использовало как приманку. А вот бить с помощью Силы они не умели. Потому что их никто не учил. А самостоятельные наработки, которые лери с даром показали нам, оказались малоэффективны. Впрочем, наша компашка оказалась довольно разношерстной в видах энергии, так что мы тоже многому смогли их научить.
А Рэсси, когда узнал в чем состоит моя Сила, лишь хмыкнул и стал лично натаскивать меня на рукопашный бой.
– Женя, пойми, – разжевывал он мне, – ты уникальна. Не тем что одна такая. Не могущественностью своей Силы. Ты уникальна своей универсальностью. Ты можешь создать себе любое оружие, изменить что-то в организме врага и тот самостоятельно помрет, можешь изменить местность как тебе угодно. Не надо чего-то большого. Мелочи порой гораздо важнее. И ты это можешь. Но для начала тебе надо научиться владеть своим телом.
На последней фразе у меня тоскливо засосало под ложечкой, предчувствуя мучения.
И да, в первую очередь Рэсси заставил меня нарабатывать гибкость, ловкость и необходимый минимум физической силы.
Это оказалось сложно. До тех пор, пока мой учитель не попытался побиться головой о ближайшую стену – уж очень красноречивый был взгляд в ту сторону.
– Женя, ты Кайха или кто? Почему ты думаешь, что можешь изменять что-то только вокруг себя? Почему ты не можешь изменить что-то в себе?
Теперь к стене примерялась уже я.
Идиотизм.
За все это время я даже не попробовала изменить самой себе хотя бы цвет волос. Как можно было не попробовать? Это же элементарно!
Но и страшно, да. Так что менять свое тело я собралась только под присмотром друзей-медиков. Чтобы вернули как было, если что.
Но нет. Боль в мышцах ушла по одному лишь желанию. А через минуту я спокойно села на шпагат. Просто пожелав это сделать.
Двигаться стало легче. Мышцы больше не болели от нагрузок. А вестибулярный аппарат больше не возмущался противной тошнотой на головокружительные трюки.