Зуб за зуб! Нам, дантистам, любви непосильная тяжесть
Хуже шапки – ну, той, Мономашьей, что всем тяжела.
Рассчитались на первый-второй, ищем третьих,
Кто не в нашем строю, а еще не в ненашем строю –
Изловить, сосчитать, наказать, отказать, запереть их
До расстрела в аду, а потом – мы не против! – в раю.
Эти третьи – мерзавцы, паскуды, скоты, проходимцы,
Третьи-лишние, накипь, их скоро не станет, как пить…
Ну а мы, безусловно, на многое в жизни сгодимся,
Если сверху прикажут, кого и когда возлюбить.
«Новости с годами все чудне́й…»
Новости с годами все чудне́й
Или чу́дней, чтоб им было пусто –
Говорят, гадают на говне,
Древнее забытое искусство.
Слушают пророческим ушком,
Пальцы шарят, как у пианиста:
Прошлое прекрасно, но с душком,
Будущее классно, но говнисто!
Мимоза
Научили говорить не языком –
Клавиатурой,
Научили думать пальцами –
Не мозгом,
Штык назвали молодцом,
А пулю – дурой…
У компьютера сидит не человек —
Мимоза.
«А мне сказали, что зима надолго …»
А мне сказали, что зима надолго,
Что сапогов по переулкам грохот,
И никого не ждут с надеждой дома,
А ждут с тоской, и это очень плохо.
Хлеб нынче дорог.
А мне сказали, что по щелям ветер
Снует змеей и ищет, ищет, ищет,
Что ветру надо много теплой пищи,
А значит, нам с тобой никак не светит
Уйти из нищих.
А мне сказали… Впрочем, я не слушал,
Не слышал, не внимал, не верил слухам,
Я как мальчишка прыгал через лужи
И радовался каждой мокрой плюхе.
Молчите лучше!
«Королевство кривых зеркал …»
Королевство кривых зеркал,
Царство выгнутых плоскостей —
Я так долго тебя искал
В шторме бешеных новостей,
Я так резко тебя нашел,
Что хоть плачь, хоть пляши, хоть вой…
Хорошо, твержу, хорошо,
Значит, вывезет на кривой.
Значит, в царстве слепых кривой –
Падишах, президент, король!
Охраняет песню конвой,
Обрастает душа корой.
«Вернись в славянский круг …»
– Вернись в славянский круг, —
Сказал еврей еврею, —
Иначе англосакс
Возьмет тебя в полон!
Свининки съем – а вдруг? —
Под корень пейсы сбрею,
Пойду с братвой плясать…
Ах, город Вавилон!
«А когда однажды рассосется …»
А когда однажды рассосется,
Развиднеется,
Мы в просветах туч увидим солнце –
Красну девицу,
Станем слышать птиц рассветный гомон
Много чаще мы…
Рассосется! Жить теперь глаголу
Без похабщины.
«За фасадом новостей я …»
За фасадом новостей я
Слышу в гаме и смятеньи
Звук вставляемой обоймы:
– Я тебя, козел, святее!
– Это я тебя святее!
– Я святее вас обоих!
Отойду-ка в тень черешни,
Постою там, старый грешник.
«У нас одна планета …»
У нас одна планета,
Другой планеты нету,
Не дали при раздаче,
Не выдадут взамен.
Кто радуется бедам
Ближайшего соседа,
Тот хоть и гуманоид,
Но полный супермен.
«Учит дурак дурака …»
Учит дурак дурака,
Славит болван идиота –
Господи, эта работа
В наших руках.
Хвалит подлец подлеца,
Пишет петух про кукушек —
Господи, выстрелы пушек
В наших сердцах.
Топает вождь за вождем,
Ноет за саммитом саммит —
Господи, сеяли сами,
Сами пожнем.
«Все, конец гулянке-лету …»
Все, конец гулянке-лету,
Друг любезный, прощевай!
Не ходи в мою френдленту,
Ах, не перепощивай!
Буду я слезами плакать,
Буду плач своим нести —
Ни к чему мой бложик лайкать,
Нет теперь взаимности!
«А ведь им потом не будет стыдно …»
А ведь им потом не будет стыдно,
Ну ни капли.
Сядут, выпьют. Вспомнят: я да ты, да
Эти, как их…
Скушают поллитру. Плюс по двести.
Лоб в салате.
Вот, сидят. Сидят, обнявшись, вместе.
Ну и ладно.
«Сейте разумное, доброе, вечное …»
Сейте разумное, доброе, вечное,
Сейте! Ревнители дела заплечного
Вас занесут в свой блокнот.
Скажут: «Разумное? Сплетни для чайников.
Доброе? Всяко добро от начальника.
Вечное? Вечен синод!»
Думаешь, сильно по нам опечалится
Мудрый народ?
«Мы – мирные голуби, горячие головы …»
Мы – мирные голуби, горячие головы,
Стальные сердца!
Эй, ястребы-коршуны, глаза перекошены —
Дождетесь конца!
Мы крепкими клювами до смерти залюбим вас,
Воркуя: "Добей!"
Несем стаей по миру, чтоб знали и помнили,
Добро голубей!
«Обсуждая внешность врага …»
Обсуждая внешность врага,
Будь в деталях ясен и прост:
У врага, конечно, рога,
У врага копыта и хвост.
Разъясняя норов врага,
Предъявляй по полному счёт:
Дай ему кусок пирога,
Он сожрет и гаркнет: «Ещё!»
Втаптывая недруга в грязь,
Не стесняйся и не виляй:
Окончанье внятное «мразь»
Ты ко всем словам приставляй.
И тогда, дружок, как пить дать,
За твой каждый праведный пост
Снидет на тебя благодать,
У нее копыта и хвост.
«Идут в бурленье говны …»
Идут в бурленье говны,
Идут на бойню овны,
И все друзья духовны,
И вся беда – враньё.
Эй, колокол! По ком нам