— Это связано с тем, что Золотой Анубис три месяца назад рухнул под натиском движения «Свобода». Новая власть установила демократию в стране. Было проведено огромное количество референдумов, в результате которых бывшие государства вновь обрели суверенитет. В результате они создали конфедерацию под названием «Свобода», — подхватил второй репортер.
— Порыв новой свободы распространился и на Григань. Власти пока подавляют массовые восстания, но смогут ли они выдержать такой натиск народа? — поинтересовался мужчина. — Триаде удалось продержаться месяц, как и Золотому Анубису. Затронут ли перемены Григань? По этому поводу выскажется… — после этих слов экран погас.
Собака громко гавкнула и посмотрела на мужчину. Дан Ван протянул руку, и Гамлет, радостно подбежав к новому хозяину, начал активно вилять хвостом.
— Я думал, время моего правления будет великим. Я слышал это от родителей и ничего другого себе не представлял. Но хотел ли я этого на самом деле? Не знаю… — вдруг тихо начал он. — После встречи с Джозалиной жизнь начала меняться, наполняясь яркими красками. А после разговора с Алексом я впервые понял, чего хочу. Я хотел создать семью и быть счастливым с ней, с детьми и собакой… Но она умерла в тот день, когда я сделал ей предложение, — с трудом произнес мужчина. — Теперь мне все равно. Все равно, что будет с Григань. Если люди хотят свободы так же сильно, как я хотел семью, то пусть они ее получат.
Дан Ван вдруг перестал гладить собаку и медленно потянулся к кобуре. Он устремил вперед пустой взгляд своих карих глаз.
— Но не тебе решать, как мне жить и жить ли вообще! А сдохнешь ты в страшных муках, тварь, но руки марать об тебя я не буду и тебе не дамся! — крикнул Дан Ван. Следом раздался громкий выстрел.
Гамлет испуганно заскулил и ринулся прочь из комнаты.
Тело Дан Вана упало на пол, словно мешок с костями, из которого начала вытекать кровь, образуя лужу на полу его дома.
Имплант Даниила Вановского
Мужчина, что всё время сидел напротив Дан Вана, не смог сдержать усмешки.
— Даже руки не замарал ни разу. Все сами себя поубивали, — довольно выдал Герман, перехватив пистолет. — Я бы тебя не убил. Согласно принципам моей «Свободы», в ней живут только те, кто не убивал. Я следую этому правилу. Но вот другие… Как же они повелись на красивый лозунг. Как можно совершить революцию и не пролить ни капли крови? Никак.
Он медленно поднялся с дивана. Гамлет осторожно заглянул в комнату и тихонько заскулил, чем сразу привлек внимание Германа.
— Даже собака нуждается в любви. А меня…Меня лишили этого. Мне досталась только ненависть, которая оставила глубокий шрам в моем сердце, — вдруг заговорил мужчина, наблюдая, как собака осторожно приближается к нему. — Человек должен получать только любовь. Иначе он перестает быть человеком. Ведь отсутствие любви порождает ненависть. А ненависть, словно чума, может поселиться в сердцах людей, и мир вновь станет жестоким. Адом, который мы только что разрушили…
Остановившись, мужчина присел на корточки и начал ласково гладить собаку.
— Теперь мир начнет возрождаться из хаоса и разрушений, но вот смогу ли я найти спасение? — тихо спросил самого себя Герман.
********