– Надеюсь, – сказал Танджи. – Если мы и на этот раз облажаемся, Вектор точно нас пошлет. И тогда нам крышка.
– Знаю я,
Танджи последовал его примеру.
– Я возвращаюсь в «Кафе». Ты идешь, или хочешь еще посидеть и послушать, что они там снизу тебе нашептывают?
– Ты слышишь шепот? – спросил его Хьюго. – И как
– Заткнись, – сказал Танджи, заводя байк.
Койоми дожидалась их на обычном месте возле окна.
– Я уж думала, что вы сегодня не появитесь, – пожаловалась она.
– Ну хоть ты не ной. – Хьюго вздохнул.
–
– Танджи все время ноет о том, что сегодня у нас остался последний шанс, – сказал Хьюго.
– И в чем он не прав? – уточнила Койоми. – Если мы снова опоздаем, то потеряем работу у Вектора.
– Дифу и Луи понадобилось несколько дней, чтобы его найти.
Хьюго рассказал ей, где находится киборг и как они собираются его поймать.
– Все это… странно, – сказала Койоми, когда Хьюго договорил.
– Странно – это еще слабо сказано, – сказал Танджи. – Я сегодня буду работать в двух парах перчаток. И на всякий случай захвачу запасные.
– Не понимаю, – сказала Койоми.
– Ты не понимаешь, почему я надену две пары перчаток? – озадаченно спросил Танджи.
– Нет,
«Потому что в этом мире нет смысла», – ответил про себя Хьюго. Койоми и Танджи принялись спорить, ханжа ли Танджи.
– Ты не местный, – сказала женщина, сидевшая напротив Идо за небольшим столиком; они находились на рынке в западном районе. Она отправила ему сообщение, что знает местонахождение одного прыткого киборга, и если доктор придет сюда в час ночи, она поделится с ним этой информацией. Прошло уже пятнадцать минут, но она так и не сообщила ничего существенного, а между тем действие принятых им болеутоляющих истекало. У него было достаточно таблеток в карманах плаща и еще больше – в чехле реактивного молота, стоявшего рядом с ним, как страж, но по какой-то причине, которой он сам не понимал, Идо не хотел принимать их на глазах этой женщины. Однако если он не подзаправится в ближайшее время, ему будет трудно даже встать со стула, а этого он тоже не хотел ей показывать.
Вот такая проблема современного воина-охотника: когда нужно поймать цель, а ты еще не оправился после прошлых побоев. Один из недостатков профессии. Другой – необходимость отправляться неизвестно куда и встречаться с какой-то гадалкой. Если бы Герхад знала, чем он занимается, она бы его убила.
– Я живу здесь уже много лет, – сказал Идо. – Большая часть киборгов Айрон сити рано или поздно оказывалась в моей клинике. Может статься, за свою карьеру я увижу их всех.
– Да, но ты не появился из дождя, ржавчины и пыли Айрон сити, как они, – подметила гадалка.
– Как знать,
Именно глаза гадалки делали ее лицо таким жутким. Эта был первый и единственный случай гетерохромии, с которым Идо столкнулся в Айрон сити: ее правый глаз был темно-золотисто-карим, левый – зеленым. Если она и носила контактные линзы, то они были слишком хороши для Айрон сити, скорее, их тайком стащили из груза, предназначенного для Залема. А подобное воровство сходило с рук только Вектору…
Но если у нее были такие хорошие связи, зачем ей подрабатывать гадалкой на ночном рынке? Точно не для того, чтобы собирать информацию и докладывать обо всем, что она видит и слышит Вектору. Для того чтобы шпионить за людьми, есть методы попроще. И Вектору никого не надо было нанимать, чтобы следить за Идо. Кирен расскажет ему все, что он захочет узнать, вплоть до шифра от сейфа в подвале.
Невольно его посетила мысль: а что если она работает на кого-то повыше Вектора?
Идо взглянул на Залем – беззвездный круг на ночном небе. Залем брал от Айрон сити все, что хотел, и не общался ни с кем, кроме Вектора. У летучего города просто не было способов связаться с кем-то на земле…
Если только Завод и в самом деле не вставляет в головы людям чипы, чтобы люди сверху могли ими управлять. Идо в это не верил. Это было похоже на классическую байку для клинических параноиков. Все эти предполагаемые тайные чипы на проверку оказывались обычными идентификационными датчиками. Зачем кому-то в Залеме хотеть управлять кем-то на земле? Внизу не было ничего, на что им хотелось бы полюбоваться.