Наиболее сильны наши позиции были именно в столице, поэтому я и принял решение первыми рейсами отправить отсюда именно участников будущего заговора. Плюс требовалось показать недремлющему оку российской контрразведки, что рейсы из Сибири в Петербург выполняются регулярно. Я зарабатываю на этом деньги и мне все равно, кого возить. С теми товарищами, которые были посвящены в суть предстоящих задач, мы это обсудили. Они согласились с тем, что Омск требуется «революционизировать» и защитить. Обратным рейсом из Питера были доставлены орудия Лендера, ставшие основной ударной силой системы обороны аэродрома, ведь много войск держать на нем мы не могли. Господа офицеры могли и догадаться о назначении этого опорного пункта. В августе было закончено сооружение посадочных площадок еще в шести городах Сибири. Туда доставлено топливо, масло, продовольствие для дежурных смен, и мы приступили к выполнению основной задачи: сбору и транспортировке бывших ссыльных и ссыльнокаторжных. Руководить этой операцией ЦК партии направил того самого Кобу, который дважды сидел в этих местах. Мы совершили 16 рейсов, в основном в Саккола, но три из них пришлось выполнять на юг, куда направили лечиться тех, кто потерял здоровье на каторге. Всего вывезли около тысячи человек, значительно усилив парторганизацию в Петрограде. Обратными рейсами мы доставляли оружие и боеприпасы для формирования «ударного отряда», который возьмет на себя инициирующие функции вдоль Сибирского тракта. Этому уделялось особое внимание. «Не забыли» мы и лагеря для военнопленных, особенно те, в которых начал свое формирование Чехословацкий корпус, заранее исправляя те ошибки, которые допустила Советская власть в «том» далеком октябре. По всей территории, примыкавшей к Сибирской железной дороге и на Турк-Сибе, были созданы наши ячейки. В начале октября 1917 года я вернулся в Саккола окончательно и начал формировать 1-й авиаотряд будущей Красной армии. Личный состав я знал достаточно хорошо, и те люди, к которым я обращался лично или письменно, находили способ, как добраться до нашего медвежьего угла.
Глава 17. Великая Октябрьская революция