Эллайен вновь попытался возражать, а Килак от него в очередной раз отмахнулся. Паренек прав, согласился Эллайен. Они зашли слишком далеко, чтобы отступать. Они могли попытать удачу, следуя указаниям древинов, или потратить неделю на обратный путь только для того, чтобы погибнуть в безнадежной борьбе с нескончаемыми полчищами чудовищ. Эллайен долго не раздумывал. Лучше покончить со всем здесь и сейчас.
Охотник снял с плеча лук и пожал руку Килаку. На короткий миг взгляды их встретились. Каждый готовился к предстоящему бою, желал другому удачи и молился об успехе. Затем паренек мгновенно исчез, и в пещеру скользнула бесшумная тень.
Эллайен пристроил колчан среди камней своего укрытия и вынул дюжину стрел со стальными наконечниками. Крепко сжав стрелы, чтобы они не зазвенели, Эллайен сделал шаг в огромную пещеру, собрав в кулак остатки храбрости, хотя все тело его тряслось от страха. В последний раз он подумал о том, чтобы пуститься наутек по туннелю, но вдруг заметил Килака, пробиравшегося навстречу чудовищу. Парень намеревался встретиться лицом к лицу с ужасом — с помощью Эллайена или без него.
Охотник зажмурился, призывая на помощь богов. Тихо, как только можно, он занял свое место.
Над Джеромом нависла волчья морда демона. Он был гораздо больше лесного зверя, его вытянутое тело опиралось на задние лапы. Позвоночник ощетинился шипами, а когтистые пальцы рвали воздух. Ряды зубов, подобно каменным выростам родной его пещеры, торчали из разинутой пасти. Губы застыли, готовясь издать леденящий душу рык.
Даже неподвижный, зверь вселял страх. Но Джером разглядывал статую скорее с любопытством. Срезы и острые углы освещал мягкий зеленоватый свет, лившийся из озера за его спиной. Волк был лишь одной из статуй, выстроившихся вдоль стен пещеры и обращенных лицами к каменному обрамлению водоема. Но этого зверя Джером узнал. Он выследил логово своего ночного кошмара.
Джером разглядывал бесконечные рубцы и шрамы, изрезавшие каменное тело. Пальцы его пробежали по глубокой борозде на холодной и твердой волчьей шее.
Джером отступил от волка и снова огляделся. Ряды чудовищ стояли вдоль стен огромной пещеры, приютившей их. Некоторых не доставало, и тогда зверь, вырезанный на стене колодца, глядел на пустой пьедестал напротив. Войско демонов, застывших в вечной покорности.
Самой королевы нигде не было видно.
Джером чувствовал, как по его телу разливалось тепло Меча. Он повернулся к статуе демона и мрачно улыбнулся.
Меч взлетел в воздух и перерубил каменную шею. Еще голова не успела коснуться земли, а он уже надвое разрезал звериное тело. Со следующим ударом ноги переломились, и демон рухнул на пол.
Джером отступил назад, торжествующе оглядывая безжизненные осколки у своих ног. Не дожидаясь, пока опустится пыль, он принялся за соседнюю статую.
Невик поморщился от едкого запаха чеснока. Он с трудом открыл глаза, и туман перед ним постепенно принял очертания женского лица, покрытого оспинами и рубцами. Женщина одета была в коричневое платье. Сначала он ничего не слышал, а затем его поглотила грохочущая волна треска и лязга.
— Что случилось? — прохрипел он.
Женщина отложила в сторону пахучие снадобья и принялась вытирать лоскутом ткани его лицо и лоб.
— Третий ярус пал. Тебя принесли сюда. Не двигайся.
Невик сел, подняв голову с колен женщины. Под навесом временного госпиталя его окружали мертвые и раненые. Повсюду он видел корчившихся от боли людей в лужах крови, с отрубленными конечностями или такими глубокими ранами, что видны были кости и внутренности. Стайки лекарей летали над ними со своими бинтами, жгутами и заглушающими боль снадобьями, помогая тем, кто еще стонал. Они могли лишь облегчить последние страдания умирающих.
— Рана загноится, если вы не позволите ее обработать.
Сознание вернулось к нему мгновенно. Битва за третью крепость была страшнее любого другого сражения. Ослепленные близостью победы, драконы столкнулись с людьми. Упорство защитников сравнялось с яростью драконов, но солдаты вновь были вынуждены отступить, когда неприятель прорвался в крепость. Теперь они оказались на четвертом ярусе. Остался только один, самый верхний. Они понесли страшные потери, и этот день грозил стать для них последним.
Барон устало прижал ко лбу руку, отгоняя и женщину, и боль, которая в любой момент могла погасить свет перед его глазами.
— Командующий Трой? Я видел, как он упал.
— Временная неудача, — раздался голос Троя.
Невик обернулся. Трой ковылял к нему на перевязанной ноге. Несмотря на смертельную бледность и кровь, сочившуюся сквозь одежду, командующий не выпускал из рук свой широкий меч.
— Командующий, — облегченно приветствовал его Невик, но потом нахмурился. — Что вы делаете?
— Хочу увидеть все до конца.
Барон хотел было поспорить, но что-то в глазах Троя заставило его замолчать.
— Им придется убить меня.
Трой попросил женщину выйти.
— Господин, этот человек…
— От горячки не умрет. Обещаю. Идите дальше.