Читаем Америка, часть вторая полностью

Даниэль: Нет, нет, подожди! Я видел одну из них, сейчас в лифте. У нее голова, как чугун, надо погромче… Мадам, это ваш сосед из квартиры 16 «Л», приходите, отметим! Хотя бы познакомимся!


Карл встает, хватает Даниэля, пытается его остановить. Карл пытается, но, однако, Даниэль сильнее.


Карл: Прекрати, пожалуйста!


Даниэль замолкает.


Даниэль: Хорошо, прекращаю. Вот прекратил.


Карл отпускает его, садится, он разозлен. Даниэль улыбается и снова начинает кричать, и колотить в сену.


Даниэль: Мадам, вы еще живы? Не умирайте именно сейчас, когда совет жильцов, в конце концов, одобрил кандидатуру моего друга Карла…


Даниэль смеется, Карл грубо отталкивает его от стены, тот падает на тахту, перестает смеяться.


Карл: Дурак!

Даниэль: Что с тобой? Я же шучу! Ты что такой нервный?


Даниэль спрашивает серьезно.


Даниэль: Что-нибудь случилось? Скажи…


Карл колеблется, как будто действительно хочет что-то сказать. Даниэль смотрит на него, как будто действительно чего-то ждет.


Карл: Даниэль…


Даниэль смотрит на часы, вскакивает с места.


Даниэль: Ой, смотри, сколько времени. Мы же опаздаем.


Даниэль встает, берет пальто, бросает Карлу его пальто.


Даниэль: Давай, шевелись, расскажешь мне по дороге. Давай же, чего ты ждешь?


Даниэль, выходя из квартиры, говорит скорее для себя.


Даниэль: Ты действительно сегодня странный…


Карл идет за ним, Даниэль, не глядя на него, продолжает.


Даниэль: Ты бумажник забыл.


Карл возвращается за бумажником. Открывает его, видит, что там только одна купюра, быстро закрывает его и кладет в карман. Голос Даниэля доносится из коридора.


Даниэль: Давай же, поторопись!


Карл берет ключи, гасит свет и выходит из квартиры.


Затемнение

II

В холле дома Даниэль и Карл проходят мимо Швейцара — молодого человека испанского происхождения, одетого в смешную и гротескную униформу привратника. Швейцар стоит за пультом, в углу рождественская елка и менора с перегоревшими электрическими лампочками вместо свечек.

Швейцар: Добрый вечер, сэр. Я не знал, что у вас гости.


Карл прошел бы мимо и даже и не обернулся бы, но лицемерие Швейцара его задело. Он возвращается на несколько шагов.


Карл: Пожалуйста, в мою квартиру больше никого не пускайте без предварительного сообщения.

Швейцар: Я не понимаю, о чем вы говорите, сэр. Я никого не пускал.

Карл: Сейчас все в порядке, но на будущее: прошу вас ко мне никого больше не пускать без предварительного уведомления.

Швейцар: Сэр, вы здесь человек новый, только что въехали. Может, вы не ознакомились с правилами…


Швейцар цинично чуть ли не обнимает большой стенд, на котором написано то, о чем он говорит.


Швейцар: В этом доме обо всех посетителях ДОЛЖНО сообщаться. Обо всех. Я никого не пропускал.


Даниэль веселится, стараясь это скрыть. Слушает разговор и смеется.


Карл: Я все понимаю и не хочу создавать проблемы. Говорю вам на будущее.

Швейцар: Я не знаю, сэр, чем могу вам помочь.

Карл: Мне помочь?! Вы мне помочь?! Мне не нужна никакая помощь, особенно от вас. Я только требую, чтобы вы выполняли свои обязанности! Работу, за которую вам платят…

Швейцар: Конечно, сэр. Я это и делаю. В этом доме существует правило: «Обо всех посетителях должно сообщаться», сэр.


Даниэль начинает громко смеяться, Карл ужасно раздражается.


Карл: Обо всех, да?

Швейцар: Обо всех.

Карл: Тогда как вошел этот человек? Послушайте, я действительно не хочу создавать никаких проблем. Я не буду на вас заявлять, проблемы не будет…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Цена
Цена

Пьеса «Цена», пожалуй, самая популярная из его пьес. В ней А. Миллер обращается к проблеме цены нашей жизни, ценностям настоящим и мнимым. Главные герои — братья, которые не виделись шестнадцать лет и вновь пытаются стать родными. Старший — известный врач. На пути достижения успеха, как он сам говорит, «выпалывал все, включая людей». Младший отказался от карьеры, чтобы поддержать отца в трудные годы.В истории сложных, запутанных отношений двух братьев оценщик Грегори Соломон берет на себя роль совести. Он остроум и острослов, превосходно знает жизнь и видит каждого человека насквозь. Его замечания точны до болезненности, а присутствие одинаково дискомфортно для обоих братьев. Но такой дискомфорт сродни врачебному вмешательству, так как после него наступает исцеление. Под цепким взглядом Соломона куда-то улетучиваются практицизм и самоуверенность Уолтера. А Виктор, уже почти поверивший, что его идеалистическое отношение к жизни и людям никому не нужно, вдруг набирается сил.Какую цену пришлось заплатить братьям за свое счастье и счастье близких? Как нужно жить, чтобы быть счастливыми? На эти и другие вопросы режиссер, актеры и зрители пытаются ответить во время спектакля, напряженно следя за развитием конфликта между самыми родными, но очень далекими людьми.

Артур Ашер Миллер , Артур Ашлер Миллер , Вальдемар Лысяк , Жан Алибеков , Михаил Бутов

Фантастика / Драматургия / Драма / Проза / Мистика / Современная проза