– Впервые термин из варяг в греки встречается в «Повести временных лет». Путь возник в конце девятого – начале десятого веков. Южную его часть хорошо знали византийцы. По сведениям Константина Багрянородного, кривичи и другие подвластные Киеву племена весной свозили в Смоленск, Любеч и другие города большие, на тридцать и сорок человек, долбленые ладьи – «однодеревки», которые затем сплавлялись по Днепру в Киев. Здесь их переоборудовали, загружали и отправляли вниз по Днепру. Пройдя семь порогов, а крупнейший, Ненасытецкий, обходили волоком, а также скалистое и узкое место «Крарийскую переправу», где часто устраивали засаду печенеги, купцы останавливались на острове Хортица, затем, оснастив ладьи морскими парусами в Днепровском лимане, плыли вдоль западного берега Черного моря до Царьграда Константинополя.
– Сильно, – взмахнув рукой, будто отрубив что-то воображаемой саблей, сказал генерал, – денег получите сколько надо, я одобряю. Для начала кампании в самый раз. А потом уже будем выступать в других, не прилегающих к Днепру, территориях.
* * *
Американське сало. З’єднання традицiп й сучасностi. Сало «Лярд».[92]
Кровавый диктатор Колея уже фактически воспринимается населением Украины как реальный лидер страны, несмотря на то что до официальных выборов еще остается много времени, констатирует «Вашингтон пост».
В Днепропетровске у Аллы с Николаем был незабываемый вечер.
Именно тогда у них все сладилось уже окончательно. На большом трехпалубном теплоходе, зафрахтованном Николаем в Северо-Западном речном пароходстве для грандиозной пиар-акции его генерала, у них с Аллой был двухкомнатный люкс, в котором была и спальня с королевской кроватью, и комната, где Аллочка могла писать свои пресс-релизы. А она писала:
«Сегодня в Днепропетровске был организован рок-концерт в поддержку кандидата в президенты Украины Владимира Семеновича Колеи. Гвоздем концерта было выступление долгожданной группы «ДДД» и ее бессменного лидера Юрия Шепчука. В конце концерта на бис к публике вместе с Юрием Шепчуком вышел и кандидат в президенты. Обращаясь к днепропетровцам, Владимир Семенович сказал: «Дорогие мои земляки, наша с вами многострадальная земля и наша страна заслужили гораздо лучшего с ними обращения и лучшего правления, чем сейчас. Каждый президент должен знать и помнить, что народ – это как любимая жена, которую надо беречь, чтобы она отвечала лаской и любовью»… Собравшиеся встречали эти слова криками радости и восторга, не меньшего восторга, чем выражала публика, когда Юрий Шепчук в третий раз на бис пел свою новую песню «Я татарин на лицо, но с фамилией хохляцкой»…»
Да…
А в это время поступали веселые новости о происходящем с конкурентом. Всю страну охватила массовая эпидемия. Молодежь скупала в магазинах ранее никому не нужное американское сало, чья реклама уже засела в мозгах, и дарила банки президенту Ищенко на его встречах с избирателями. Когда охрана пробовала не пускать хулиганов, банки стали бросать, и несколько раз они больно попали в охранников и сопровождающих лиц.
Большое количество банок также поступило в посылках, отправленных с разных концов Украины в адрес президентского штаба. Ищенковские сотрудники вытаскивали банки и складывали их под лестницей. А какой-то ушлый журналист догадался их сфотографировать на мобильный телефон. На следующий день весь Интернет был заполонен баннерами: «Ищенко ховает под лестницей американское сало».
Банки с салом вручали не только Ищенко, но и его агитаторам. Большую гору принесли студенты-коммунисты прямо к американскому посольству и вывалили перед входом: «Забирайте свое дерьмо!» – гласил плакат.
Всякий, кто говорил что-то против сала или шутил по его поводу, неизменно набирал популярность. Проклятущая оскорбительная назойливая реклама американского сала в течение двух лет достала абсолютно всех. Не осталось ни одного украинца, даже на Западе, кто бы уже тысячу раз не проклял это сало и эту рекламу, кто бы не плюнул в сердцах в ее адрес.
И в этом американское сало было похоже на власть, такую же ненавистную, такую же проамериканскую.
Алла и Николай хохотали до упаду, читая сообщения из Интернета об очередных конфузах Ищенко, и в какой-то момент встретились счастливыми взглядами.
– Алка! Выходи за меня замуж, – неожиданно сказал Николай. – Правда, не смогу я уже без этих твоих глаз и твоего смеха.
Алла была согласна. Тот вечер в Днепропетровске получился у них незабываемым. И когда после ужина они вернулись на пароход в свой двухместный люкс, Николаю удалось легко убедить Аллочку, что «статью она напишет завтра утром».