Под эти мимолётные мыслишки оказываюсь внутри и обнаруживаю большую штуковину накрытую плотным тентом.
— …она! — раздаётся вопль и я замираю. — Меф, она с тобой на втором?
— Вытащи меня! Она где-то здесь, далеко все равно не уйдёт! — ледяная тишина разносить голоса хорошо, отчетливо.
Я приподнимаю тент и понимаю, что вот оно, моё спасение, моё чудо!
Пилотничек, пусть старенький, пусть усталенький, но я смогу убраться на нём подальше отсюда на всех парах.
Приподняв тент дёргаю на себя дверь и скольжу внутрь, оставляя половину этого богом посланного подарка накрытым, руки трясутся от волнения, сушилку кладу на соседнее сидение, сдвигаю в сторону острие ножа, круглой словно блинчик пилотирующей воздушной машины, наверно одна из первых моделей. Классика так сказать
Половина на механике.
Любовно оглаживаю штурвал, почти наощупь находя нужные для включения рычаги.
— Давай, мой хороший, я в тебя верю. — шепчу я лихорадочно поглаживая панель управления.
Вот табло медленно, словно неохотно загорается синим. Есть!
Давай!
Стараюсь прислушаться к тому что происходит снаружи, но там пока какие-то вопли. Отлично, пусть так и будет, пусть придурки очнутся только когда я уже буду далеко на этом раритетном всеми забытом мальчике.
Мальчик загудел вентиляцией с таким звуком, что явно у него внутри что-то идет не так. Но у меня совершенно нет понимания как его вылечить в случае чего. Я с такими моделями только в музеях знакомилась.
Так, табло зажигания засветилось синим. Я нажимаю заветную кнопку приготовившись стартануть прямо сквозь крышу, как всё исчезает.
Панель тухнет, мигнув напоследок красным и всё затихает.
Лихорадочно жму кнопку еще, снова мигание синим и резко красным.
Да что за дела?
Ударяю по штурвалу, прислонившись лбом к сложенным рукам пытаюсь выровнять дыхание и собрать разбегающиеся в панике мысли воедино.
Боже, что же делать?
Своё преимущество я упустила, как справиться с тремя вооруженными мужиками безоружной, одинокой мне?
Или как выманить их из дома и самой запереться там пока…
Пока что?
Они не расстреляют замки из плазматика и потом нашпигуют этим мою «сочную» тушку, порезвившись напоследок.
Ну нет. Я не для того прошла через ад, чтобы окончить свою жизнь на тридцатом году в компании садистов и бандюгов.
Выпрямилась стиснув зубы подхватила сушилку, и выскользнула из пилотника, опуская тент склонилась вниз, это меня и спасло.
Шорох открытой двери и:
— Тут замок сбит! — крик на улицу, и мужчина осторожно проходит внутрь.
Я едва дыша сползаю ниже, готовясь нанести удар стискиваю похолодевшими пальцами сушилку.
— Наверно так и было. Чем бы она его сбила? — бормочет он себе под нос.
Поправляю нож на поясе, у меня будет один шанс.
Его шаги всё ближе. Еще чуть чуть и он окажется надо мной.
Сердце стучит так, что кажется еще чуть чуть и выскочит из груди. Непонятно как он не слышит его ударов.
Он делает еще шаг.
Я резко ударяю ему по колену, он вскрикивая падает, я в каком-то сумасшедшем прыжке, явно под приливом адреналина, прыгаю на него и ударяю ножом.
Удивительно легко нож входит в его тело, не вижу куда, пытаясь отбиться от его рук, норовящих скинуть меня с него. Ударяю еще раз, снова не знаю куда, затем еще и еще, пока он не затихнет.
Не знаю сколько раз я ударила его. Кажется десятки тысяч.
Сползаю с затихшего окровавленного тела, отползаю в сторону не сводя с него глаз, упираясь пятками в пол. Будто он может еще шевельнуться. Боязливо подтягиваю к себе сушилку. Нож в руке.
Ощущаю обжигающе холодную стену за спиной, в стиснутых пальцах липкий нож, повсюду кровь. Её так много. Кажется, что столько не может быть. Хриплое дыхание проникает сквозь вату в ушах. Ком тошноты застрял в горле, мешая сглотнуть вязкую горькую слюну.
«Дыши, детка» — будто голос Шеда в ушах. И я начинаю считать вдохи. Сосредотачиваюсь на выдохе.
Не знаю сколько я так просидела, теряя драгоценное время, но в конце концов замечаю нож прижатый стиснутой до боли в пальцах рукой к груди и кровь на себе. На рубашке, на руках, кажется на лице и волосах. Противное ощущение будто кожу стянуло и дичайшее желание просто отмыться, нырнуть в ванную и не выныривать пока всё это не закончится.
На этой мысли я встрепенулась, повела затёкшими плечами и прислушалась.
На улице всё еще что-то кричали вдалеке. Значит время еще есть.
Поднялась на дрожащие ноги по стене за спиной, ступая по мёрзлой земле аккуратно обошла тело человека. Бочком, не в силах отвести от него глаза.
Спряталась за пилотник и там вырвала. Согнувшись пополам до желчи и цветных кругов перед глазами.
Устало отёрла рот и заметила снег в углу этого помещения. Как раз возле двери. Интересно, как его сюда засыпало из под двери?
Аккуратно подкаралась и прикрыв приоткрытую дверцу, быстро умылась им, кое-как смыв часть крови с лица и рук, пожевала во рту еще пригоршню и сплюнула, отказываясь сглатывать получившуюся противную жижу.
И уже в более адекватном состоянии обернулась к трупу. Я убила человека.
Да.
Но он бы меня не пощадил.
Потому я подумаю об этом потом. Сейчас надо его спрятать.