Об оставшемся в той квартире лежать на полу пьяном или что похуже слюнявом придурке она не вспоминала. "If you're afraid, don't do it. If you do, don't be afraid", — подумала она почему-то по-английски, хотя это и по-русски неплохо звучит, и на шауни. Да, как это… а, вот! "Язык меняет звучание, а не смысл". И надо будет съездить в постпредство Союза племён, купить книг, а то у неё теперь на шауни совсем практики нет, недолго и забыть, обидно будет десять лет учёбы и псу под хвост.
Вокзал, беготня и толкотня вокруг касс и расписания, весёлые поздравления и озабоченная незлая ругань, все радостные, многие уже… начали праздновать, а потому особо весёлые и доброжелательные. Алиса с искренним удовольствием погрузилась в эту толкотню, принимая многочисленные поздравления "с наступающим" и отвечая столь же традиционным "и вас так же".
В электричке она уже окончательно успокоилась и тщательно продумала, что она расскажет сейчас и что будет говорить потом. Нет-нет, запутается. Всем одно и то же. Сейчас дедушке и Бабе Маше, а потом девчонкам, подружкам-приятельницам и вообще всем, кто спросит. Погуляла по городу, поглазела, чуть на электричку не опоздала. И всё! И ничего другого и никак иначе!
"Академичка" на картах и вообще во всех документах, разумеется, называлась иначе, по старой, даже старинной давным-давно исчезнувшей деревне, как согласно шутили её жители независимо от своей академической специализации: "для конспирации".
Сейчас все её коттеджи, шале, терема и ранчо искрились и сияли новогодней иллюминацией. Алиса стремительно пробежала по столь же стремительно пустеющей улице и влетела в дом с первым ударом курантов и криком:
— А вот и я! С Новым Годом!
Шампанское возле ёлки в гостиной, поздравления и пожелания, весёлая праздничная суета за праздничным столом… и внимательные, даже настороженные глаза дяди — Андрюхи, как она называла его наедине и только в серьёзном разговоре. И похоже… да, и дедушка что-то слишком внимательно смотрит, и Баба Маша. "Да, — Алиса не так понимала, как чувствовала, — этих конспираторов смехом и шутками не обмануть. Чутьё у них… специфическое".
Обмен подарками отложили на утро, чтобы вместе с малышами, единой семьёй. Посидели за традиционным новогодним столом и…
Раиса переглянулась с мужем, немного нарочито зевнула и, сказав, что ей надо детей посмотреть, вышла.
— Ты и сама ложись, не жди меня. Спокойной ночи в новом году, — с улыбкой пожелал ей Андрей и, когда за Раисой закрылась дверь и затихли шаги на лестнице на второй этаж, строго посмотрел на Алису.
— А теперь, племяшка, колись. Что натворила?
Алиса пожала плечами.
— Ничего особенного. Погуляла по центру и на вокзал. Чуть не опоздала.
Андрей переставил стул и сел верхом, бросив на спинку костистые и ставшие даже на взгляд тяжёлыми ладони. Ухмыльнулся.
— Сильно наследила?
— Где?! — очень натурально удивилась Алиса, попутно и немного демонстративно нацеливаясь на кусок торта с кремовой розочкой.
— Откуда когти рвала, — Андрей улыбался, но улыбка была многообещающе злой.
— Дядюшка Андрюшечка, — почти пропела Алиса и перешла на английский. — Чего не сказано, того не знаешь, чего не знаешь, о том не проболтаешься.
— Грамотная, — ответил, тоже по-английски Андрей и перешёл на русский. — А теперь…
Мария Петровна неожиданно властным жестом остановила его.
— Не так. Аля, пойми. Если мы не будем знать, знать всю правду, то не сможем защитить тебя. Если… нет, когда пойдут за тобой. По твоим следам.
Алиса кивнула.
— Я об этом, ну, следах, подумала. Вроде, всё сделала.
— Давай, шаг за шагом.
Строгие требовательные взгляды. Да, их опыт, их знания… Алиса ещё раз вздохнула и начала с самого, как она считала, начала.
С окончания студенческого бала-маскарада в главном здании Университета. Как общей толпой вывалились в университетский двор и… вот сама не понимает, как её занесло в эту компанию, нет, компашку. Парни все, кто "подшофе", кто "под мухой". Травяной и медицинской.
— Точно никого не знаешь?
— Впервые увидела.
— А они тебя?
Алиса пожала плечами.
— По имени никто не называл. И не спрашивали. Они вообще… и друг для друга как безымянные. Ни имён, ни прозвищ. Одеты все… по последнему писку и высшему разряду.
Общие понимающие кивки, и строгий вопрос Андрея:
— Почему не слиняла?
Алиса состроила смущённую гримаску, но ответила честно.
— Из любопытства. Ну, раз меня там никто не знает.
— Логично, но не разумно, — поставил оценку Андрей. — Можно нарваться.
— Я и нарвалась, — вздохнула Алиса, устав играть в недомолвки, да и всё сильнее хотелось рассказать, выговориться. — Ну, почти нарвалась. Пришли на квартиру…
— Адрес! — жёстко перебила её Марья Петровна.
Алиса назвала.
Андрей присвистнул.
— Однако занесло тебя!
Бурлаков промолчал, но лицо его стало таким, что Алиса невольно поёжилась. Кажется, вляпалась она намного серьёзнее, чем думала и придётся рассказать действительно всё и подробно. Алиса ещё раз вздохнула.