— Ты должен! — повысил голос Гавриил. — Теперь ты больше не человек, ты — Небесный Воин! Тебе должен быть не ведом страх и ты должен Верить в то, что делаешь, в то, ради чего ты это делаешь и в тех, ради кого ты это делаешь! Только без страха и с Верой в сердце ты сможешь противостоять ему. Так что, даже и не думай сомневаться! Сомнение — это путь к поражению!
— Я понял тебя, глашатай Небес, — вновь склонил голову Владимир. — В моем сердце больше не будет места сомнению. Я выполню свое предназначение и вступлю в битву смело!
— Да будет так, — молвил Гавриил. — Благословляю тебя на это дело. Возьми мой меч. — Архангел протянул священнику белоснежный сияющий клинок. — В нем заключена вся небесная сила. С ним тебе будет легче противостоять Тьме.
Владимир взял клинок, поставил его перед собой и поцеловал белоснежную сталь.
— И помни главное, — вновь молвил Гавриил. — Она это ключ ко всему… А теперь прощай, Владимир, нареченный Небесным Воином, да поможет тебе Свет!
— Прощай, Гавриил. Я буду храбр, обещаю!
Гавриил улыбнулся напоследок и растворился в воздухе, рассыпавшись миллиардами ослепительных искр.
Катя проснулась, когда Макс еще спал. Она нежно посмотрела на него, вспоминая прошедшую ночь, и улыбнулась. Ей было хорошо ночью, хорошо как никогда, и она осторожно поцеловала его, стараясь не разбудить. Он не проснулся. И тогда она встала, оделась и пошла на кухню, откуда доносился запах печеных булочек.
— Доброе утро, — поприветствовала Катю Серафима. — Я решила приготовить вам завтрак. Вам молодым нужны силы.
— Не стоило, — сказала Катя. — Вам самой нужны силы и отдых.
— Я и так постоянно отдыхаю и набираюсь сил, — вздохнула женщина. — К тому же мне это не в тягость. Мне даже приятно готовить завтрак для кого-то еще кроме себя.
Раздался свист.
— Вот и чайник поспел, — улыбнулась Серафима. — Разливай чай, а я пока накрою на стол.
Чай оказался крепким и бодрящим, а горячие булочки, намазанные маслом, таяли во рту.
"Прямо, как у мамы", — подумала Катя.
— Ешь лучше, — сказала Серафима. — И набирайся сил, я чувствую, они тебе сегодня понадобятся, сегодняшняя ночь станет испытанием для нас обоих.
— Что вы имеете в виду?
— Не знаю. Иногда я просто слышу внутренний голос, который нашептывает мне, о грядущем.
Катя поставила чашку, из которой только что пила и совсем забыв о еде спросила:
— И что еще говорит вам этот голос?
— Лучше тебе не знать об этом, — тоже опустив чашку и взглянув Кате прямо в глаза, ответила Серафима. — Есть такие вещи, о которых лучше не знать раньше времени.
— Нет, я должна знать! Скажите мне, что еще сказал вам Гавриил? — В том, что именно он говорил с этой женщиной Катя не сомневалась. С первого взгляда на Серафиму, Катя поняла, эта женщина одна из тех, кого впоследствии нарекают святыми из-за их жизни, из-за их смирения, из-за их беззаветной веры и самопожертвования. Катя знала это, как ангелу хоть и бывшему, но ей все-таки были открыты некоторые тайны этого мира и она чувствовала присутствие своих. И это она поняла только утром.
— Может именно для этого я и пришла сюда, чтобы услышать это!
— Архангел Гавриил говорит со мной?! — Серафима рассмеялась. — Не надо так шутить. Да иногда я действительно слышу внутренний голос, но… это просто голос.
Серафима подняла чашку и сделала глоток.
— Но что он говорит вам, этот голос? — уже настойчивей спросила Катя.
Серафима поперхнулась, а потом как-то странно посмотрела на Катю и сказала:
— Он говорит мне, что эту ночь переживет только одна из нас!
В сознании у Кати помутилось. Она закрыла глаза, и чуть было не потеряла сознание, но вдруг ощутила чью-то руку на своем плече.
— Доброе утро, — произнес Макс. — Завтракаете?
— Доброе утро, — сказала Серафима. — Присаживайся, мы только начали…
— С удовольствием.
Макс сел рядам с Катей.
Девушка улыбнулась ему, будто ничего не произошло. Макс улыбнулся ей в ответ.
— Чудесное утро, — сказал он.
— Ты прав, — произнесла Катя, и они принялись завтракать.
За весь день Кати так и не удалось поговорить с Серафимой, поскольку Макс постоянно был рядом. Хотя возможно это и к лучшему. Возможно, ей не стоило ничего знать. Если впереди ей суждено встретить свой конец и если это ее последний день, то его она хотела провести вместе с Максом. И этот день она решила посвятить ему.
Весь день они были вместе. Весь день они мило беседовали, обнимались и целовались, будто бы ничего и не произошло, и будто впереди их ждали только хорошие и счастливые дни.
Катя сидела на диване, а Макс лежал рядом, положив голову ей на колени. Девушка нежно гладила волосы парня и с замиранием сердца смотрела на него, а парень, закрыв глаза от удовольствия, что-то мило бормотал. Что он говорил? Катя отчего-то перестала улавливать суть его слов, поскольку тревожные мысли не покидали ее, и то и дело она возвращалась к словам Серафимы: "Есть такие вещи, о которых лучше не знать раньше времени". И отчего-то Катя была склонна верить этим словам.
"Ну что ж, пусть будет так, как должно быть, — говорила она себе. — И если это — моя судьба, я приму ее стойко".