— Завтра, если сами выживем и сможем отсюда выбраться узнаем о судьбе майора, а сейчас нам нужно спешить — ответил Миллер, и его машина тут же сорвалась с места, унося с собой двух мужчин в лабиринт ночных улочек исторического квартала.
Анна пришла в себя в комнате, напоминавшей больничную палату. Она открыла глаза и увидела рядом с собой молодую женщину. Женщина улыбнулась Анне и сказала:
— Очнулась? Вот и хорошо. Привет! Меня зовут Тереза. Я — медсестра, присматриваю за тобой. А тебя как зовут?
— Анна, — прохрипела в ответ девушка.
— Вот и отлично. Как ты себя чувствуешь? — спросила медсестра.
— Голова болит. Чувствую слабость — ответила Анна.
— Это ничего. Главное, что ты жива, — улыбнулась девушке медсестра. — Мы уж тут начали уже беспокоиться за тебя. Но, слава богу, всё обошлось. Сразу хочу тебя спросить. Ты сможешь сейчас побеседовать с одним важным господином, Анна? Он хотел тебе задать несколько вопросов.
— Да. Я смогу побеседовать — ответила девушка.
— Хорошо — сказала медсестра и вышла из комнаты.
А через пару минут отворилась дверь, и в палату вошел высокий мужчина, и Анна сразу же поняла, что это полицейский. Мужчина сразу представился:
— Меня зовут Вацлав Хан. Я хотел, чтобы вы ответили на несколько моих вопросов.
— Спрашивайте, я постараюсь вам помочь — ответила Анна.
Тогда пан Вацлав присел напротив девушки на стул и спросил:
— Анна, я хотел бы узнать, при каких обстоятельствах вы познакомились с неким мистером Патриком, по нашим сведениям являющимся сотрудником американской разведки?
— Извините, мне трудно говорить, Послушайте, может, отложим наш разговор? Поговорим позднее? — ответила хриплым голосом Анна.
— Ну что же. Получается вы не хотите отвечать на мои вопросы. Жаль. Что же нам с вами делать тогда? Поймите. Мне нужно срочно от вас получить информацию, которая может быть исключительно полезна для нашей с вами родины, а вы не хотите мне её предоставить. Это не патриотичный поступок. Вы должны нам помочь. Должны нам помочь — заявил пан Вацлав.
— Я плохо себя чувствую сейчас. Ничего не могу вспомнить — упрямо ответила Анна.
— Я бы хотел спросить у вас, помните ли вы что-нибудь из того, что произошло с вами три дня тому назад в вашем доме. Вы же знаете о том, что в вашем доме погибли люди, вы знаете об этом — продолжил разговор пан Вацлав.
— Я ничего не помню — вновь ответила Анна.
— Вы знаете, что за отказ сотрудничать с нами вас могут привлечь к уголовной ответственности? — спросил пан Вацлав.
— Я не отказываюсь от сотрудничества. Просто сейчас я действительно ничего не помню. Возможно, позже я всё вспомню и смогу дать вам ответы на все ваши вопросы — ответила с вызовом Анна.
— Да нет, Анна, ты всё прекрасно помнишь. Но почему-то не хочешь мне ничего рассказать. Это очень плохо — сказал с чувством разочарования пан Вацлав.
— А вы в этом уверены? — Анна спросила. — Вы уверены, что я всё помню, что случилось со мною за эти дни? Может, вы все же ошибаетесь?
— Уверен, что не ошибаюсь. Я не первый день работаю в органах дознания и могу хорошо определять — врет мне человек, или он мне говорит правду. Вы мне врете сейчас. Вы все прекрасно помните — ответил пан Вацлав.
— Но я ничего не помню. Я совершенно ничего не помню. Отстаньте от меня со своими глупыми вопросами — разозлилась Анна. — Вы сами лжете мне. Вы сами понесете уголовную ответственность за мое похищение и издевательства надо мною. Вы не имеете права сейчас меня допрашивать, я требую, чтобы ко мне допустили адвоката. Без адвоката я с вами больше не буду разговаривать.
— Хорошо. Сейчас наш разговор мы завершим, но позднее вам всё равно придется мне всё рассказать. В любой случае это вам придется сделать, рано или поздно. Для вас же лучше будет, если вы нам всё расскажете мне, как можно раньше — заявил пан Вацлав и вышел из комнаты.
Вацлав Хан вошел в кабинет, где находился Анджей Кнехт и увидел, что он как завороженный смотрит в телевизор. Анджей не обратил никакого внимания на друга. Пан Вацлав тоже посмотрел на экран телевизора и тоже замер от неожиданности. По телевизору показывали площадь возле того самого тупика в котором они провели сегодня почти весь день. Журналист сообщал с места событий, что столица подверглась нападению террористов. В двенадцатом часу вечера, сообщал он, одновременно в нескольких местах исторического квартала города была открыта стрельба из автоматического оружия. В прицел террористов попали в первую очередь, люди, остановившиеся в местной гостинице. Вооруженные до зубов люди, по предварительным данным их было от 15 до 20 человек, передвигаясь на автомобилях, въехали на площадь возле гостиницы. А потом они ворвались внутрь здания, и расстреливали в упор тех, кто попадался им на пути. Согласно последним данным, в гостинице было убито 47 человек, более 100 человек получили ранения различной степени тяжести.