— Годы берут свое. Но я знаю, как с этим бороться. Надо заниматься спортом… в смысле физкультурой… хотя бы зарядкой, когда есть время. Нету — обязательно надо потягиваться… не сильно, чтобы не свернуть шею. Короче, как бы ни складывалась жизнь, а просыпаться надо каждое утро.
— Простыми. Чем больше обещает кандидат, тем хуже. Чем меньше у него судимостей, тем лучше. Чем больше он пьет, тем хуже, чем понятнее говорит по-русски, тем лучше. И совсем хорошо, если говорит мало, а делает много.
— Юмористика, сатира. Основного своего призвания пока не нашел. Полагаю, что всю жизнь заниматься хобби приятнее, чем всю жизнь работать. Шутить каждый день с 8 утра до 5 вечера — ненормально, это — каторга. Другое дело — легко, от нечего делать, в свое удовольствие пошучивать за письменным столом с 8 утра до 5 вечера. Одно удовольствие.
— Опасен для общества, должен быть изолирован.
— Даже скажу кого. Коклюшкина. Он стрелять не умеет.
— При деньгах — высокий, стройный, остроумный. Без денег — небольшого роста, скучный, гундосый.
— Так ведь и политикам не присваивается. Хотя у них есть прозвища: Иван Грозный, Ярослав Мудрый, Леонид Ильич Пять звездочек, Михаил Сергеевич Начать, Борис Николаевич Трезвый. Наверное, сатирикам тоже надо давать прозвища: Пугливый, Сорвиголова, И вашим и нашим.
— Я жду, когда между ними будет достигнут консенсус.
— Кажется, что очень просто. Надо пошутить при нем. Если он засмеется, значит, есть, если не засмеется, значит, нету. Но для того, чтобы пошутить, нужно, чтобы у вас было чувство юмора.
Как узнать, есть ли оно у вас? Нужно, чтобы при вас кто-то, у кого есть чувство юмора, пошутил. Как узнать, есть ли у него чувство юмора?.. То есть практически невозможно узнать, есть у человека чувство юмора или нету
— Отличается. Первичными признаками. Мужской юмор бородатый, а женский высокий, тонкий.
— Существуют. Геморрой. От долгого сидения за письменным столом. Только у серьезных писателей — это приличный, серьезный геморрой, а у сатириков — веселый геморрой. А лечимся ходьбой, бегом, погоней за гонорарами. Только опять же, у серьезных писателей это серьезные гонорары, а у сатириков — смешные.
— Обязательно. Каждый день. Но с такой самоотдачей, что уходят все силы, и после зарядки я ложусь отдохнуть.
— Только на халяву.
— Тратить! Но не больше, чем накопил.
— Каждому, кто поет, кажется, что он делает это лучше всех остальных. Мне этого никогда не казалось, я всегда твердо знал, что пою лучше других. И вдруг Поваротти! Быть вторым я не захотел.
— На один рубль больше прожиточного минимума.
— Как только море станет по колено, так достаточно.
— Я люблю всякие гулянья, но в пристойной форме. Наверное, я был бы при каком-нибудь трактире зазывалой и одновременно вышибалой.
— Тигров.
— А львов-то чего бояться?
— Чтобы стать писателем, я покончил с инженерией, с журналистикой, с режиссурой, с редактурой.
— То же, что и все — сосу лапу.
— Радость — это песня без слов, а вдохновение — это музыка без звуков.