Ему хватило всего несколько дней, чтобы выкарабкаться из цепких лап, которыми смерть тащила его в свои сети; видимо, помог предыдущий опыт в получении подобных ран, и его тело боролось с травмами едва ли не с удивительной лёгкостью. На пятый день Найт уже мог ходить, опираясь на самодельный костыль лесничего. Старик и его жена были добры к странной, молодой паре, явившейся к ним среди ночи из леса, к тому же выглядевшей так, словно оба искупались в крови. Найт был благодарен им за приют, но он знал, что нужно было двигаться дальше, особенно в отношении Элисон. У него уже был план насчёт неё, её безопасности, её будущего. И он просто не успевал удивляться тому, что действительно беспокоится за девушку. Он не видел её все четыре дня, что пролежал в полусне, а позже, при пробуждении, его стало одолевать странное смешанное чувство стыда и желания быть к ней ближе. Он так и не смог объяснить даже самому себе этого отношения к девушке, называвшейся его законной женой.
После полуночи, прихрамывая и держа руку на левом боку, Найт отправился в сарай, не желая стеснять пожилую пару своим присутствием. Здесь пахло сеном, коего в деревянной пристройке было, что говорится, от пола до потолка; к тому же здесь было довольно тепло и светло этой лунной ночью. Найт только что закончил умываться и отставил ведёрко с водой в сторону. Ему ещё тяжело было двигать левой рукой, и вот уже пару минут он безуспешно пытался надеть рубашку. Снаружи послышались неуверенные шаги, и, когда дверь медленно отворилась, собирая в кучу смятое на полу сено, Элисон вошла внутрь, тут же поймав пристальный взгляд Найта.
– Я могу помочь? – спросила она и уже через пару мгновений была рядом с ним.
Она помогла Найту надеть рубашку, стараясь притом не разглядывать его голые плечи, руки и торс и не касаться его кожи.
– Как ты себя чувствуешь?
– Бывало и хуже, крошка.
Он выпрямился, глядя Элисон в лицо, и попытался хоть как-то улыбнуться; заметив уже посветлевший синяк на её щеке, Найт покачал головой и тихо произнёс:
– Он бил тебя?
Глаза девушки тут же потускнели, она скривила губы и неохотно кивнула.
– А он... трогал тебя? Он не пытался...
– Пытался, – уже раздражённо бросила Элисон и скрестила руки на груди. – Я его укусила, когда он решился сделать мне одно непристойное предложение. Затем он меня ударил, но... я ожидала вовсе не подобных расспросов от тебя.
– А чего ты ожидала?
– Я не знаю! Возможно, того, что ты скажешь, что теперь ты мне веришь, и всё изменится!
В её взгляде он вдруг увидел такое сильное отчаяние и сразу понял, что уже не сможет сделать того, о чём она попросит. Всё это было слишком сложно, неожиданно, и развивалось так быстро, что Найт разрывался между множеством своих решений. И это было действительно больно.
– Скажи мне что-нибудь, – Элисон сделала шаг к нему, заправив длинный локон своих волос за ухо.
– Чего ты хочешь от меня? Признания? Я только что узнал, что человек, которого я считал своим покровителем, отцом и другом, обманывал меня долгие три года. Узнал, что, оказывается, у меня есть жена, другая семья и другой дом. И всё это свалилось на меня, будто снег на голову!
Найт отвернулся, нервно передёрнув плечами, и встал у порога раскрытой двери. Лунный свет падал на линию тёмного леса позади пшеничного поля; тучи собирались на горизонте, и вновь запахло дождём и мокрой травой.
– Я знаю, что всё это очень тяжело. Но и мне тоже было нелегко! Я всё бросила, чтобы найти тебя. Я верила, что ты ещё жив, и вот... Я просто не желала сдаваться! И эта проклятая потеря памяти ни за что не стала бы преградой...
– Может быть, тебе не стоило тратить на меня время и силы?
Его вопрос прозвучал весьма грубо и холодно, но Элисон предпочла этого не замечать.
– Нет, стоило! И у меня были на то причины.
– Сейчас это не имеет никакого значения, – ответил Найт, так и не обернувшись к ней. – Мы друг другу чужие люди.
– Зачем тогда всё это? – спросила она. – Зачем ты пришёл за мной? Ты мог из-за меня погибнуть.
– Ты была просто жертвой, ни в чём не виноватой. Я решил, что хоть кто-то из нас должен быть спасён, – Найт вдруг резко обернулся, и его зелёные, потемневшие глаза грозно блеснули в полутьме. – А чего ты ждала, найдя меня таким? Какой жизни ты ждала со мной?
– Такой же, как и раньше! Да, возможно, в самом начале наших отношений не всё шло так гладко, и порой ты даже был мне отвратителен, но через месяц всё изменилось...
– Через месяц? – переспросил он, не скрывая усмешки. – Этого тебе хватило, чтобы в пьянице и убийце разглядеть нечто... достойное? Посмотри на меня, а затем на себя, и скажи, что может нас связывать!
Но она всё ещё смотрела на него, и Найт видел слёзы в её больших глазах и чувствовал её боль, как свою собственную, хотя и не мог этого объяснить.