Ки-Энду уже простился со своим отцом и понуро смотрел на кучу дымящегося пепла, в котором одиноко белели кости тех, кто еще недавно стоял с ним в одном строю, был сильным или слабым: веселым или грустным, простодушным или мудрым; он любил их всех, каждый был ему близок и дорог.
Эалин подошла к нему; ее волосы спутались и растрепались, наполовину закрыв лицо; голова была посыпана пеплом.
- Смотри, Ки-Энду, - сказала она глухо. - Вот и все, что осталось от наших братьев. Не то ли суждено и нам, и всему нашему миру? К чему все наши мечты и планы, наше горе и радость, книги, искусство, наша любовь - к чему все это, если судьба наша - стать горстью праха, кучкой холодной золы, развеваемой ветром?
Ки-Энду опустил голову.
- Зачем ты говоришь это, Эалин? Разве ты не видишь, как мне тяжело? Конечно, ты права, умом я понимаю это, но сердце отказывается верить. Оно ищет хоть какого-то выхода и нашептывает безумные мысли. Иногда мне кажется, что смертно только наше тело. Кто знает, может, душа после смерти попадает в какой-то иной мир, где нет ни зла, ни страха, ни времени, и пребывает там вечно в покое и счастье? Да, это безумие, я знаю. Наверное, я дошел до какого-то предела, после которого мозг отказывается воспринимать новое горе. Не слушай меня, Эалин, я не знаю, что говорю...
- Милый мой, должно быть, тебе очень плохо, иначе ты не стал бы сочинять эту смешную сказку о бессмертии душ. Вспомни: Гил тоже хотел найти бессмертие. Но он отправился за ним в Асгард, к дэвам, у него была вполне определенная цель. Ты же пытаешься найти вечную жизнь в собственных фантазиях. Твоя сказка по-своему красива и, наверное, могла бы стать утешением для отчаявшихся и обреченных. Но это удел слабых... Пойдем в город, тебе надо успокоиться и отдохнуть.
Ки-Энду улыбнулся:
- Знаешь, это не единственная безумная идея, которая пришла мне в голову за последние дни. Например, вчера я подумал, что могу погибнуть, и Ио-Син-а-Хут останется без мелха. Поэтому я написал завещание и хочу, чтобы оно хранилось у тебя, - с этими словами он передал ей свернутый кусок пергамента.
- Здесь написано, что в случае моей гибели или исчезновения мое место должен занять Ган-а-Ру.
Эалин посмотрела ему в глаза с болью и жалостью.
- Ты хочешь обмануть меня, Ки? Я же читаю в твоей душе, как в открытой книге. Ты задумал совершить подвиг, но не можешь открыть свою тайну... Не говори ничего, просто обними меня. Вот так, а теперь прощай. А если твоя сказка сбудется, мы встретимся снова.
Вечером Гил подошел к мелх-а-бету и робко постучался. Дом теперь полностью перешел в распоряжение госпиталя: Халгат и его слуги покинули Эллигат и вместе с дэвами отправились на север, в Асор-Гир.
В прихожей Гила остановили две женщины в безупречно белых одеждах.
- Сюда нельзя, господин Шем-ха-Гил. Здесь раненые.
- Но мне нужно поговорить с Мирегал, моей невестой.
- Хорошо, мы позовем ее. Вообще-то у нас это не принято, но для вас мы готовы сделать исключение. Только, пожалуйста, не задерживайте ее надолго, ведь у нас на счету каждая пара рук.
Спустя несколько минут Мирегал сбежала вниз.
- Что ты, миленький? Что случилось?
- Мы с тобой так давно не виделись! Вчера я так и не дождался тебя, заснул, а когда встал, ты уже снова убежала. Я соскучился. У тебя правда столько работы?
- Ну, Гилли, мы же теперь долго-долго будем вместе, до самой смерти! Зачем расстраиваться из-за нескольких дней? Вот кончится эта глупая война, и все сразу станет замечательно!
- Не понимаешь ты ничего!.. Вдруг со мной что-нибудь случится? Вдруг меня завтра убьют? Может, сегодня мы в последний раз вместе...
- Глупенький, неужели ты думаешь, что нас что-нибудь может разлучить? Ну, пока, я спешу, - она чмокнула его в нос и убежала.
Гил вздохнул и направился к выходу.
- Если бы только она знала! - прошептал он. - Если бы только могла вообразить, какой удар ее ожидает! Впрочем, может, оно и лучше, что она ничего не знает.
За окном уже совсем стемнело.
- Вроде ничего не забыли, - Гил в последний раз заглянул в мешок. Провизия тут. Кстати, у кого ты взял меч - у Энара или Бхарга?
- У Энара. Бхарг наотрез отказался отдать мне свой. Даже обиделся...
- Наверное, подумал, это из-за того, помнишь?.. Но ведь на самом деле он не трус, верно, Ки? Он же не виноват, что у него в крови страх перед тунами.
- Конечно. Ну все, нам пора. Пошли!
Под окном раздался шорох.
- Нас опять подслушивают! - воскликнул Ки-Энду. - Проклятье!
- Задуй поскорее свечку.
Ки-Энду прихлопнул ладонью огонек, и друзья прижались носами к стеклу. Какая-то тень двигалась по переулку, быстро удаляясь от окна. Понять, кто это, было совершенно невозможно. Но вот на мгновение свет из окна соседнего дома упал на неизвестного, и Гил успел рассмотреть сгорбленный силуэт в плаще с капюшоном.
- Кто же это?