Читаем Атланта в Калидоне полностью

Измена должна быть наказана. И потому против Мелеагра выступает и мать, и дяди, что приводит к его гибели. Но и они сами гибнут, так что дорога новой вере (и новой династии, не обремененной верностью традициям) открыта…

2. Но обратимся от проблем социально-политических к более общим. В мифе и отчасти в трагедии Суинберна есть еще много пластов, и некоторые явно древнее династических кризисов эпохи перед Троянской войной. Что же такое «герой», каковым является Мелеагр, и зачем эти герои были нужны богам и людям?

Вот как представляется мне смысл «героического цикла» эллинской мифологии:

Изначала был непостижимый и нечеловеческий Хаос. И зародилась в нем равно непостижимым образом Земля. Первым делом создала она себе Мужчину, именем Небо. Увидели они друг друга и стали любиться. И от любви этой народились многие существа. Появились от Неба и Земли 12 великанов — Титанов, и иные, совсем ужасные существа — Сторукие, Одноглазые… Были среди их потомства многоразличные Стихии — Горы, Реки, Океан, Моря, Солнце, Луна, Заря (как и древние иудеи, греки почему-то считали свет независимым от солнца — так при сотворении мира (по Библии) день и ночь появились раньше солнца и луны), Ветра,

Звезды и иные многие. Но восстал против Неба сильнейший сын его — Время, оскопил он отца и прекратился чудесный поток творения.

Разгневалась Мать — Земля на сыночка и породила в наказание Злобу, Гибель, Смерть, Обман, Месть и еще много подобных неприятных существ. Но Время прочно занял место отцовское и сам стал порождать могучих детей; но, рождая, вскорости глотал их обратно.

Жили при нем и люди древнейшей расы. Сейчас принято, завидуя, называть их времена Золотым веком. Но разве хорошо жить людям в том мире, где Гора может, когда ей на ум взбредет, ходить в гости к Реке — и прямо через ваши огороды! Думается, у потомков глаза завидущие!

Недолго оставалось благоденствовать титанам и прочим подозрительным нелюдям. Ибо недосмотрел Время, и сын его Зевс остался не проглоченным; пленил он отца, освободил Богов от власти Времени. Угнездившись на горе Олимп, задумали Боги взять власть над всем миром, и начались войны с Титанами. Боги были хитры, понимали, что убивать врага надо руками врага же. Искусно ссорили они Древних Существ меж собой, а иных привлекали в союзники. Тяжела была судьба последних: миновала нужда — и от них избавлялись безжалостно (вспомним хотя бы титана Прозорливого — не помогла ему его прозорливость, приковали его к одной из Гор, к тому времени все Горы, Моря и прочие получили ясные указания, где им стоять, течь и проч., не сходя с места) и послали орла клевать ему печень…

Миновала эпоха Стихий, но на земле много оставалось их детей и творений — всяких Людоконей, Русалок, Железокрылых птиц… Опасались люди угодной Богам новой расы (людей этих Они сотворили из камней, разбросанных вдоль дороги) этих тварей, и Боги пришли на помощь. Наступила эпоха Героев.

Типический Герой — это Полубог, т. е. сын Бога (Богини) и смертной(ого). Бывал такой хотя и подвержен старению и смерти, но силен, наделен чудесными дарами. И рождался он чаще каким-то чудесным образом. Персей, например, родился от золотого дождя, который, впрочем, был Зевсом in disguise. Роль Героя — очищать землю от волшебных существ («Время Эльфов прошло, наступает эпоха Людей», как говаривал владыка Элронд), чудовищ и разбойников — людоедов, учреждать государства, вводить законы. Мир волшебных исполинов, способных превращаться во что пожелают, и даже меняться против желания, просто по своей хаотической натуре — прошел; каждое новое поколение живущих на земле существ все более определено, жестко описано в своих свойствах. Люди и боги имеют все меньше генетических черт своего прародителя — Хаоса.

Гибли иные Герои, а иные томились от безделья, выполнив все поставленные задачи; но, так или иначе, земля была успешно освобождена от нелюдского элемента. И кончилось героическое время… Остались люди одни, над ними высоко — Боги, занятые своими делами (впрочем, иногда они спускались, чтобы поразвлечься). Постепенно Богов вытеснил один Бог (где Один, где Другой какой-нибудь), и воцарилось полное единобожевластие в пределах ограниченной цивилизации. И волшебство ушло — оно разрешено только Богу, ангелам и, по особому дозволению — святым и пророкам, но и тех надо тщательно проверять — не злоупотребляют ли? А все эти сатиры, дриады и наяды превратились в НЕЧИСТЬ…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Пигмалион. Кандида. Смуглая леди сонетов
Пигмалион. Кандида. Смуглая леди сонетов

В сборник вошли три пьесы Бернарда Шоу. Среди них самая знаменитая – «Пигмалион» (1912), по которой снято множество фильмов и поставлен легендарный бродвейский мюзикл «Моя прекрасная леди». В основе сюжета – древнегреческий миф о том, как скульптор старается оживить созданную им прекрасную статую. А герой пьесы Шоу из простой цветочницы за 6 месяцев пытается сделать утонченную аристократку. «Пигмалион» – это насмешка над поклонниками «голубой крови»… каждая моя пьеса была камнем, который я бросал в окна викторианского благополучия», – говорил Шоу. В 1977 г. по этой пьесе был поставлен фильм-балет с Е. Максимовой и М. Лиепой. «Пигмалион» и сейчас с успехом идет в театрах всего мира.Также в издание включены пьеса «Кандида» (1895) – о том непонятном и загадочном, не поддающемся рациональному объяснению, за что женщина может любить мужчину; и «Смуглая леди сонетов» (1910) – своеобразная инсценировка скрытого сюжета шекспировских сонетов.

Бернард Шоу

Драматургия
Убить змееныша
Убить змееныша

«Русские не римляне, им хлеба и зрелищ много не нужно. Зато нужна великая цель, и мы ее дадим. А где цель, там и цепь… Если же всякий начнет печься о собственном счастье, то, что от России останется?» Пьеса «Убить Змееныша» закрывает тему XVII века в проекте Бориса Акунина «История Российского государства» и заставляет задуматься о развилках российской истории, о том, что все и всегда могло получиться иначе. Пьеса стала частью нового спектакля-триптиха РАМТ «Последние дни» в постановке Алексея Бородина, где сходятся не только герои, но и авторы, разминувшиеся в веках: Александр Пушкин рассказывает историю «Медного всадника» и сам попадает в поле зрения Михаила Булгакова. А из XXI столетия Борис Акунин наблюдает за юным царевичем Петром: «…И ничего не будет. Ничего, о чем мечтали… Ни флота. Ни побед. Ни окна в Европу. Ни правильной столицы на морском берегу. Ни империи. Не быть России великой…»

Борис Акунин

Драматургия / Стихи и поэзия