По природе он совершенен, так как он — это искра Огня, который есть Божество. Но на протяжении всего своего прошлого, не имеющего начала во времени, он пребывал в оковах кармы, и поэтому воплощался в материальной среде, чтобы пожинать плоды кармы. Проходя через повторяющиеся рождения, он обретает все более совершенные тела, отражающие величие духа. Это та доктрина, которая уже была объяснена в теории самсары. В состоянии дживы Атман отождествляется человеком со своим телом, и человек не может отличить его (дживу) иначе как теоретически, пользуясь наставлениями священных текстов и учителя. Но тем не менее, Атман не теряет свою Божественную природу и потенциальность, несмотря на отождествление Его с телом, так же как кремень, который держат в воде, не теряет своей способности рождать огонь. Эволюция и есть повторяющиеся воплощения дживы во все лучшие «тела-умы», которые предоставляют ему некое поле для проявления присущей ему божественности. Процесс эволюции продолжается до тех пор, пока джива не раскроет свое духовное тождество с неизменным и неразрушимым Атманом, неотделимым от Высшей Божественности. Это достижение есть мокша.
Джива или воплощенный Атман имеет пять оболочек, которые образуют три тела. Эти пять оболочек суть следующие:
Каков онтологический статус дживы, и в каком отношении к Богу он состоит — это проблема, которая является предметом дискуссии в метафизике веданты. Веданта не разделяет христианской или мусульманской идеи о том, что джива сотворен Творцом из ничего в момент рождения тела. Последователи адвайты или монисты придерживаются взгляда, согласно которому джива един с Брахманом, хотя, пребывая в оковах (физического тела), джива может казаться отличным от Брахмана. Это кажущееся различие иллюстрируется примером — отражением солнца в воде. Представим, что солнце отражается во множестве сосудов с водой и создает в них множество образов самого себя; но когда эти сосуды разрушаются, остается лишь одно (универсальное) солнце. Все отражения как бы «втягиваются в солнце». Подобным же образом, джива не имеет существования, отдельного от Ишвары. Форма из ума и тела, вовлеченная в Майю — это среда, в которой отражается Сатчитананда, и это отражение есть джива. До тех пор, пока солнце отождествляется с рефлектирующей средой, все движения и искажения в этой среде становятся характеристиками также и образа солнца, хотя они и не влияют на саму основу — универсальное солнце. Подобно этому, когда среда просветляется, джива как отражение соединяется со своим Источником, с Сатчитанандой Парабрахманом.
Другая школа веданты рассматривает дживу как чистое сознание, окруженное формой из тела-ума. Это сравнимо с небом, отраженным в сосуде. Подобно тому, как «небо» этого сосуда становится единым с универсальным небом, когда сосуд разбивается, джива становится единым с Высшим Существом, когда он освобождается от ограничений, налагаемых телом-умом. В этих двух представлениях адвайты джива не является конечным. После освобождения он тождественен Брахману, и с онтологической точки зрения его отличие от Брахмана чисто кажущееся.