Глаза у Виктории разгорелись. Она поняла, почувствовала, представила, что скоро может стать настоящей ведьмой. Но я, после небольшой паузы, продолжила:
— Вариант второй. Возвращаешься домой, сдаешь экзамены. Поступаешь в вуз, какой хотела, — теперь глаза у нее стали обиженными и сердитыми. — А осенью приходишь сюда, ко мне. Например, по выходным. И я начну тебя учить волшебству. Дальше всё будет зависеть от тебя. Будешь старательно тренироваться дома, между нашими занятиями — успехи придут раньше. Будешь отлынивать… Успехи все равно будут, но гораздо медленнее. Все. Других вариантов нет. Что выбираешь?
Девочка молчала. Ей не хотелось выбирать. Она хотела всего. И побыстрее.
— Не нужно решать прямо сейчас. Отвлекись. Сосредоточься на экзаменах, выброси все остальное из головы. А когда отгуляешь выпускной вечер, отдохни пару дней, а потом подумай на свежую голову.
— Сейчас никак не получится? — жалобно спросила она. — Ну, хоть одним глазком посмотреть… Чужой мир, столько возможностей…
— Можно. Но не нужно. Там рабовладельческий строй. Без поддержки ты сразу попадешь в рабство. Окажешься на плантациях или в публичном доме. Не дай бог кто-нибудь зашибет тебя под горячую руку. Это серьезно. На острове очень жарко. Тропики. Люди горячие. Все маги. Учить переростка магии никто не будет. Они совершают набеги на другие реальности техно- и био-миров, чтобы захватить больше рабов, обычное дело. Такие как ты там не люди, а рабочая сила, покорная и безропотная. Кормить можно раз в день, прав никаких нет.
— Нужно организовать восстание рабов! Как Спартак!
— Не глупи. Ты меня не услышала. Маги бережно относятся к своим рабам. Заколдуют до полной потери идентичности, и все, привет.
Вероника сникла. Но я чувствовала, что она уже представляет себя в роли героического предводителя восстания.
«Дом, милый дом, я не знаю, но если ты сможешь, сделай это», — попросила я, представив в голове нужную картинку.
Девочка вскрикнула. Вся ее одежда исчезла, она сидела совершенно голая. Попыталась обхватить себя руками, но через пару секунд ее тело оказалось опутано рыбацкой сетью из толстой, колючей, грубой веревки, с крупными ячейками.
— Прости, другой одежды для рабов там не предусмотрено. Давай, пойдем, выпущу тебя. Надеюсь, тебе попадется не слишком жестокий хозяин...
Вероника завизжала. На чудовищно высокой ноте. Очень громко. И очень долго. Пока воздух в легких не кончился. Когда она замолчала на мгновенье, чтобы набрать воздуха для следующего крика, я почувствовала, что к Рубежу приближается Бандерлог. Пришлось просить Дом вернуть все как было.
Вероника вскрикнула, но вдруг обнаружила себя в прежней одежде, и замолчала.
— Прости. Сейчас у тебя только один выход. Возвращайся домой. Если захочешь, потом вернешься. Но только после выпускного. Тогда я дам тебе сопровождающего в магический мир, который познакомит тебя с магией. Будешь прилежно учиться, станешь ведьмой, иначе отправишься к рабам. Или приходи осенью, начну учить тебя волшебству. У меня мало времени, так что собирайся, и топай домой.
Еще не отошедшая от ужаса, дрожащая и сердитая, Вероника встала, подхватила свою сумку и набросила ветровку. Молодец, хорошая девочка.
Неизвестно почему, но я была уверена, что выведу ее с территории Рубежа так, чтобы ее не заметил Бандерлог. И все получилось. Девушка ушла. Очень злая и очень упрямая. Хорошо. Уверена, что она еще вернется. Надеюсь, наставленники не обманули, и за лето я смогу научиться чему-то волшебному.
— Не унывай, — сказала я, подмигнув, когда она подошла границе Усадьбы. — У нас с тобой все получится.
Легко преодолев невидимый барьер, ход сквозь который мне был заказан, Вероника пошла по тропинке. Не обернувшись. Еще сердится. Это нормально в ее положении. Надеюсь, потихоньку одумается.
Комивояжер и оборотень
Проводив Веронику, я вернулась на веранду. На столе меня уже ждали чайник и кружка. Налив горячего чая, я закурила. В голове звенело. Слишком жестокую я предприняла шутку. Не по-людски. Но у меня не было времени на долгие уговоры. Знакомить Веронику с Бандерлогом мне совсем не хотелось. Самой бы с ним как-нибудь разобраться…
— Люди техномиров очень жестоки, — укорил меня ворон Кирс. — Вам всегда нужны только быстрые решения. Мне кажется, что ты зря предложила ей выбор. Сказала бы сразу про осень и волшебство, зачем мучить ребенка?
— Она не ребенок. Но принимать решения должна сама. А чтобы принять его, у девочки должен быть выбор. Я ей его предложила. Между обычной жизнью — может продолжать жить как жила, магией — довольно быстрой и вполне достаточной для амбиций девочки из немагического мира, и волшебством, которое дается не сразу, но которое делает тебя мастером. Творцом. Демиургом. Пусть выбирает. Три варианта всегда лучше одного.
— Веронике было бы проще выбрать из двух вариантов.