- Запомните, профессор, вы никогда не получали от меня никаких бумаг. Вы ничего не изучали и не переводили. Вы никогда не видели никакого пергамента, - остановившись, Джеймс больше ничего не хотел добавлять, кроме одного, - с Кристиной все в порядке, она в безопасности. Ты не должен волноваться за нее.
Закончив внушение и подождав еще пару минут, вампир с улыбкой кивнул Себастьяну, выходя из кабинета.
- Спасибо за помощь, профессор. До следующей встречи!
Плотно закрыв за собой дверь, с силой прижимая к себе папку с переводом, зная, что это самая дорогая вещь, которая когда - либо была у него, и которая по сути своей, была бесценна, Джеймс добрался до машины, и сев за руль, аккуратно положил ее на сидение рядом.
Развернув машину и надавив на газ, он, как и его мысли, помчались вперед к своей цели, ожидающей его в доме.
Раньше, когда поиски манускрипта были прекращены, и позже, когда он все же нашел его, не было ни единой мысли о том, чтобы не посвящать в это лучшего друга Ричарда. А после спектакля о сжигании пергамента в собственном доме, он уже не мог рассказать ему. А даже, если и мог, не было смысла. Теперь, все знали о том, что данные священные письмена найденные Джеймсом Реенсоном были сожжены им же. Погони прекратились, вместе со слежками и прослушиваниями.
Почти доехав до собственного дома, им было решено, не посвящать никого в настоящее, не говорить о том, что манускрипт цел и невредим. Так будет спокойнее для всех.
+++++++
В животе заурчало, напоминая о том, что пора было поесть. Повинуясь велению голоса, мне пришлось спуститься вниз в поисках кухни. В таком большом доме найти кухню особого труда не составило. Последний раз, когда я там была, Джеймс был в отключке и я приносила ему настоящую человеческую кровь.
Я поискала холодильник, в котором он хранил донорскую кровь. Поиски увенчались успехом почти сразу, и Джеймс быстро излечился и пришел в себя, изрядно меня при этом напугав.
Теперь я сама должна была найти еду для себя, если вообще таковая была в вампирском доме.
Кухня совсем не отличалась от ранее виденных мною других кухонь. Кроме странной атмосферы пустоты, тишины и одиночества. Ее нельзя было назвать кухней холостяка. Скорее даже тем местом, в которое не так часто заходят, в которое не стремятся. Впервые побывав здесь, я этого не заметила. А сейчас, стоя возле длинного гладкого гранитного стола, я всем своим естеством ощутила нахлынувшие на меня эмоции, гнетущую атмосферу пустоты.
Желудок снова напомнил о себе, не смотря не на переживания, ни на ощущения тела. И ноги, словно по приказу, направились точно и верно к двухкамерному черному холодильнику. С того раза я все еще помнила, где именно Джеймс хранил кровь в пакетиках. Мгновенные мурашки снова покрыли всю мою спину и шею. Запретив себе лезть к левой дверце холодильника, я решительно открыла правую, заглядывая внутрь в поисках вкусного.
Заглянув в нижнюю дверцу холодильника, я смогла отыскать точно такую же курицу, только в сыром виде. Разочаровавшись лишь на минутку, в голову забрела отличная идея.
Забегав по кухне, я начала с грохотом искать подходящую сковороду, вилку, тарелку и соль.
Включив плиту с плоской поверхностью, мое настроение заметно улучшилось виду из сковороды и невероятно вкусному запаху жареной курицы, распространившемуся по всем уголкам кухни.
Накрыв себе крохотный и скромный стол из небольшого куска курицы и минеральной воды, так же найденной в дверце холодильника, с удовольствием рассматривала свое стряпню, находясь в предвкушении.