— Потом, Эдгар, всё потом, — закрывая лицо рукой и тяжело дыша, ответил король. — Ты знаешь, у меня иногда бывают боли вот здесь, — он указал на левый бок. — Уйди сейчас. Вернешься вечером ко мне в покои, там я все выслушаю.
— Слушаюсь, ваше величество!
Поцеловав привычно выброшенную вперед руку Грифонхата, вице-канцлер покинул зал.
Едва он спустился по лестнице, как его догнал человек, представившийся доверенным лицом лорд-мэра столицы.
— Господин вице-канцлер, у меня к вам послание!
Рууд смерил незнакомца презрительным взглядом:
— И?..
— Ваши друзья передают привет. Проблемы с одним купцом первой гильдии устранены. Простите ещё раз, не смею прерывать ваш путь! — незнакомец настороженно посмотрел на приближавшегося к хозяину Фоша.
— Благодарю, — только и успел крикнуть герцог, но незнакомец исчез так же внезапно, как и появился.
По спине герцога пробежал холодок. Он вспомнил слова
Вице-канцлер утер выступивший пот. В чем-то легче, в чем-то опаснее… Интересно, как они разобрались с Йодлем? Рууд махнул Фошу и даже не удостоил его пары слов.
— Что это за тип? — прошипел обожженный.
— Все нормально, это наш человек.
«Как они его устранили? Мне никто ничего не рассказывал», — в задумчивости герцог отвешивал поклоны прекрасным дамам, извиняясь, если не мог с первого раза правильно назвать имя.
Ему не пришлось долго ждать объяснений. Уже на следующий день он одним из первых узнал о пожаре, происшедшем в имении крупнейшего клекстонского торговца и одного из богатейших людей Эрафии.
Войдя в покои принцессы, Аделаида ожидала застать Эльзу в слезах. Но вместо раскиданных в гневе вещей принцессу окружали футляры для свитков, перья и позолоченная чернильница. Девушка что-то сосредоточенно писала на маленьком куске гербовой бумаги. Её доставляли из Азахареи, где делали из особо прочного и редкого растения. Адель какое-то время сдерживала себя, но затем подошла ближе и по-сестрински обняла молодую принцессу.
— Ну не переживай ты так! Мы ещё можем его убедить. Её величество скоро вернется с вод, я встречусь с ней и все расскажу. Да ей многие и раньше передадут. Ваша мать недолюбливает весь род Руудов.
— Да, но отец обещал, он принял решение. Я знаю, я вижу это в его глазах. О, Рууд мерзкий человек и очень хитрый. Спит и видит стать Грифонхатом, для того и помог отцу против генералов и их заговора!
Аделаида подала принцессе платок.
— Мне кажется, принц Кристиан мог бы воздействовать на герцога, твой брат тебя любит!
— Я никого не буду просить, мы все сможем сами! Я решила, — она склонила голову Аделаиды себе на плечо и прошептала: — Я сделаю вид, что повинуюсь решению отца. Конечно, не сразу и с неохотой. А в это время ты найдешь Ивора! Передашь ему мое послание, передашь, не читая! Ты ведь сделаешь это ради меня, Адель?!
— Я сделаю и больше, только объясни мне две вещи, — садясь напротив принцессы и глянув в зеркало, продолжила фрейлина. — Во-первых, это очень опасно. Если твой отец узнает об обмане, ни мне, ни тебе не поздоровится…
— Мне и так не поздоровится, если он выдаст меня за этого мерзавца. Меня тошнит при мысли, что эти липкие холодные руки касаются меня, моего тела. Брррр, какая мерзость! Просыпаться с ним ужаснее, чем с кучей жирных жаб!
— И второе, как я найду Ивора? Последний раз он писал тебе больше полугода назад из Фолии. Обещал вернуться и пропал…
— Я знаю как. Его видели в Александрете три месяца назад, во время бунта и наводнения. Добрые люди, служащие Эй-Тою, нашептали мне, что его совсем недавно вновь там видели. Думаю, раз он мне не пишет, значит, у него какие-то проблемы. Возможно, до него дошли слухи о посягательствах герцога. Поверь, этот эльф, он… он необыкновенный!
Щеки принцессы покрылись румянцем.
— Ивор очень умен и он настоящий волшебник. Он сможет что-то придумать и сделать многое, я верю! Адель, — принцесса просто вцепилась ей в руку, — выезжай немедленно, сегодня же! Будь быстрее ищеек Рууда. Я уверена, он знает о моей переписке с Ивором и постарается нам помешать!
— Я пойду собираться? — Аделаида спрятала письмо в корсаж и поцеловала свою подругу.
— Да, и последнее, деньги, — Эльза протянула увесистый мешочек, — тут тысяча циллингов и расписка, по которой тебе дадут деньги любые ростовщики Эрафии. Это свободное казначейское обязательство Грифонхатов, таких меньше десятка.
Адель взяла мешочек, и руки её напряглись.
— Смотри не урони. Он, правда, тяжелый, но в дороге очень пригодится. Думаю, ты выберешь, с кем пуститься в дорогу, но о моей просьбе знаешь только ты, хорошо?
— Да, моя принцесса!
— Я буду посылать тебе гонцов с любой весточкой, если что-то узнаю. Будь быстра и решительна, моя подруга!
Они снова поцеловались в дверях, и юная фрейлина выскользнула из королевских покоев.