Светлана сразу забежала в дом, а он решил пройтись по участку – не там, где были посадки овощей и фруктов, а где еще желтела россыпями облепиха, и виднелись из-за её высоких кустов низенькие заросли малины. Он подошел к невысокому дереву, которое, он помнил, и до плеча его не доставало, а теперь ему пришлось встать на цыпочки, чтобы сорвать желтую упругую ягоду с самой высокой веточки. Шипы защищали плоды от варварского вторжения, и он слегка оцарапал руку, но лишь улыбнулся при этом – он был рад, что может ощущать прикосновение природы, что ветер играл в его волосах, а из домика неслось:
- Глеб, ты где? Глее-еб!
За забором почти осенний ветерок гнал по дорожной колее пыль, одинокие листья и кусочки компоста с соседних участков. Отдельные травинки тормозились у прямоугольного белого предмета, безучастно лежавшего на обочине у соседской калитки. Ветерок не мог его перевернуть или хотя бы сдвинуть с места – эта пачка от сигарет, по всей видимости, была не пуста, оброненная кем-то впопыхах.
Августовское солнце лениво играло на переливающихся под тонкой прозрачной оберткой буквах на чистом белом фоне, образовывавших простое английское слово – NEXT.
- Иду! – отозвался Глеб и бегом направился к своим…