Быстрый прорыв к Рейхстагу 11-го гв. танкового корпуса не состоялся. 40-я гв. танковая бригада с батальоном 27-й гв. мотострелковой бригады к 13.00 вышла к переправе через Ландвер-канал на Флот-Велль-штрассе (непосредственно к югу от комплекса правительственных зданий). Здесь бригаду встретила баррикада, которая была расчищена только к 22.00. После преодоления баррикады 40-я танковая бригада попыталась форсировать канал, но была встречена сильным огнем противника и успеха не имела. 44-я и 45-я гв. танковые бригады и два батальона 27-й гв. мотострелковой бригады добились несколько лучшего результата. Им удалось форсировать Ландвер-канал, и к 22.00 они вели бои в районе восточнее Ангальтского вокзала. Совместно с двумя бригадами корпуса А.Х. Бабаджаняна наступали дивизии 29-го гв. стрелкового корпуса 8-й гв. армии. Они форсировали Ландвер-канал и завязали бои за Ангальтский и Потсдамский вокзалы. Вследствие взрыва переправ в полосе 82-й гв. стрелковой дивизии, ИС-ы 7-й гв. танковой бригады переправились через Ландвер-канал восточнее, в полосе 74-й гв. стрелковой дивизии. Попытки танкистов пробиться к пехоте 82-й гв. стрелковой дивизии к успеху не привели, было потеряно 4 ИС-2 сожженными и 1 подбитым.
8-й гв. механизированный корпус наступал в направлении Зоологического сада и в течение дня очистил от противника 60 кварталов города. К 22.00 28 апреля корпус с боями вышел в кварталы в 300–500 м юго-восточнее Зоологического сада. Здесь части корпуса И.Ф. Дремова были задержаны сильным огнем противника из района Зоологического сада.
Поскольку 27 апреля наступление 3-й гв. танковой армии в глубь берлинских улиц было неуспешным, И.C. Конев сделал следующий ход: все корпуса армии П.C. Рыбалко были развернуты на Берлин и усилены пехотой 28-й армии. В 20.45 27 апреля П.C. Рыбалко поставил задачу частям армии во взаимодействии с 20-м стрелковым корпусом 28-й армии полностью овладеть юго-западной частью Берлина и выйти на Ландвер-канал.
9-й механизированный корпус получил задачу наступать во взаимодействии с 61-й стрелковой дивизией в общем направлении на парк Генриха V, Виктория-штрассе, к исходу 28 апреля выйти на Ландвер-канал.
6-й гв. танковый корпус получил задачу во взаимодействии с 48-й стрелковой дивизией наступать в общем направлении ст. Шмаргендорф, Пройсен-парк, Виланд-штрассе и к исходу 28 апреля выйти на Ландвер-канал.
7-й гв. танковый корпус получил задачу во взаимодействии с 20-й стрелковой дивизией наступать в общем направлении на Зоологический сад.
С утра 28 апреля после артиллерийской подготовки части 3-й гв. танковой армии перешли в наступление. На северном фланге армии наступал с запада на восток 7-й гв. танковый корпус. 55-й гв. танковой бригадой корпус преодолел кольцевую железную дорогу у станции Вест Кройц, 23-я гв. мотострелковая бригада вела бои в районе станции Халензее. В центре построения армии П.C. Рыбалко наступал 6-й гв. танковый корпус. Результаты наступления были умеренными: 52-я гв. танковая бригада не смогла продвинуться вперед у станции Гогенцоллерндамм, 51-я и 53-я гв. танковые бригады вышли к исходу дня на Берлинер-штрассе (к юго-востоку от станции Гогенцоллерндамм). Несколько успешнее наступал 9-й механизированный корпус, но из-за его наступления на стыке с войсками 1-го Белорусского фронта возникли трения на самом высоком уровне.
Вечером 28 апреля началось разбирательство относительно толкания локтями войск двух фронтов на берлинских улицах. Вечером 28 апреля в 20.45 И.C. Конев направил Г.К. Жукову просьбу изменить направление наступления: «По донесению т. Рыбалко, армии т. Чуйкова и т. Катукова 1-го Белорусского фронта получили задачу наступать на северо-запад по южному берегу Ландвер-канала. Таким образом, они режут боевые порядки войск 1-Украинского фронта, наступающих на север. Прошу распоряжения изменить направление наступления армий т. Чуйкова и т. Катукова»[312]
. Тот факт, что своим наступлением 3-я танковая армия пересекла почти половину полосы 1-го Белорусского фронта, был оставлен за кадром. Г.К. Жуков в ответ на это безобразие и ультимативного облика просьбу в 22.00 28 апреля флегматично обратился к И.В. Сталину, описав свой план действий и возникшие сложности взаимодействия фронтов. Завершил он послание Верховному фразой: «Прошу установить разграничительную линию между войсками 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов или разрешить мне сменить части 1-го Украинского фронта в г. Берлине»[313] .