Читаем Беседа полностью

Я веду тебя, Сулико,В удивительные края.Это, кажется, далеко, —Там, где юность жила моя.Это было очень давно…Украина… Сиянье дня…Гуляй-Полем летит МахноИ прицеливается в меня.Я был глупым птенцом тогда,Я впервые узнал, поверь,Что наган тяжелей куда,Чем игрушечный револьвер.А спустя два десятка лет —Это рядышком, погляди! —Я эсэсовский пистолетОтшвырнул от твоей груди…Дай мне руку! С тобой вдвоемВспомним зарево дальних дней.Осторожнее! Мы идемПо могилам моих друзей.А ты знаешь, что значит терятьДруга близкого? Это — знай:«Здравствуй!» тысячу раз сказать,И внезапно сказать: «Прощай!»В жизни многое я узнал,Твердо верую, убежден:Проектируется каналЮность-Старость, как Волго-Дон.Будь послушною, Сулико,Мы поедем с тобой в края,Где действительно недалекоОбитает старость моя.И становится мне видней,Как, схватившись за посошок,По ступенькам грядущ их днейХодит бритенький старичок.Это — я! Понимаешь — я!Тот, кто так тобою любим,Тот, кого считали друзьяНескончаемо молодым.В жажде подвигов и атакРобко под ноги не смотреть, —Ты пойми меня, — только так,Только так я хочу стареть!Жил я, страшного не боясь,Драгоценностей не храня,И с любовью в последний часВся земля обнимет меня.Сулико! Ты — моя любовь!Ты всю юность со мной была,И мне кажется, будто вновьТы из песни ко мне пришла.1953

ОТЦЫ И ДЕТИ

Мой сын заснул. Он знал заране:Сквозь полусон, сквозь полутьмуМелкопоместные дворянеСегодня явятся к нему.Недаром же на самом деле,Не отрываясь, «от» и «до»,Он три часа лежал в постели,Читал «Дворянское гнездо».Сомкнется из отдельных звеньевЦепочка сна — и путь открыт!Иван Сергеевич ТургеневШоферу адрес говорит.И, словно выхваченный фаройВ пути машиною ночной,Встал пред глазами мир иной —Вся красота усадьбы старой,Вся горечь доли крепостной.Вот парк старинный, речка плещет,А может, пруд… И у воротСтоит, волнуется помещик —Из Петербурга сына ждет.Он написал, что будет скоро, —Кирсанова любимый сын…(Увы! Не тот, поэт который,А тот, который дворянин.)За поворотом кони мчатся,На них три звонких бубенцаЗвенят, конечно, без конца…Прошло не больше получаса —И сын в объятиях отца.Он в отчий дом, в гнездо родное,Чтоб веселей набраться сил, Привез Базарова с собою…Ах, лучше бы не привозил!..Что было дальше — все известно…Светает… сын уснул давно.Ему все видеть интересно,Ему, пожалуй, все равно —Что сон, что книга, что кино!1953

ПЕСНЯ

Из драматической поэмы «Молодое поколение»

Перейти на страницу:

Все книги серии Тебе в дорогу, романтик

Голоса Америки. Из народного творчества США. Баллады, легенды, сказки, притчи, песни, стихи
Голоса Америки. Из народного творчества США. Баллады, легенды, сказки, притчи, песни, стихи

Сборник произведений народного творчества США. В книге собраны образцы народного творчества индейцев и эскимосов, фольклор негров, сказки, легенды, баллады, песни Америки со времен первых поселенцев до наших дней. В последний раздел книги включены современные песни народных американских певцов. Здесь представлены подлинные голоса Америки. В них выражены надежды и чаяния народа, его природный оптимизм, его боль и отчаяние от того, что совершается и совершалось силами реакции и насилия. Издание этой книги — свидетельство все увеличивающегося культурного сотрудничества между СССР и США, проявление взаимного интереса народов наших стран друг к другу.

Леонид Борисович Переверзев , Л. Переверзев , Юрий Самуилович Хазанов , Ю. Хазанов

Фольклор, загадки folklore / Фольклор: прочее / Народные
Вернейские грачи
Вернейские грачи

От автора: …Книга «Вернейские грачи» писалась долго, больше двух лет. Герои ее существуют и поныне, учатся и трудятся в своем Гнезде — в горах Савойи. С тех пор как книга вышла, многое изменилось у грачей. Они построили новый хороший дом, старшие грачи выросли и отправились в большую самостоятельную жизнь, но многие из тех, кого вы здесь узнаете — Клэр Дамьен, Витамин, Этьенн, — остались в Гнезде — воспитывать тех, кто пришел им на смену. Недавно я получила письмо от Матери, рисунки грачей, журнал, который они выпускают, и красивый, раскрашенный календарик. «В мире еще много бедности, горя, несправедливости, — писала мне Мать, — теперь мы воспитываем детей, которых мир сделал сиротами или безнадзорными. Наши старшие помогают мне: они помнят дни войны и понимают, что такое человеческое горе. И они стараются, как и я, сделать наших новых птенцов счастливыми».

Анна Иосифовна Кальма

Приключения / Приключения для детей и подростков / Прочие приключения / Детская проза / Детские приключения / Книги Для Детей

Похожие книги

100 мифов о Берии. От славы к проклятиям, 1941-1953 гг.
100 мифов о Берии. От славы к проклятиям, 1941-1953 гг.

Само имя — БЕРИЯ — до сих пор воспринимается в общественном сознании России как особый символ-синоним жестокого, кровавого монстра, только и способного что на самые злодейские преступления. Все убеждены в том, что это был только кровавый палач и злобный интриган, нанесший колоссальный ущерб СССР. Но так ли это? Насколько обоснованна такая, фактически монопольно господствующая в общественном сознании точка зрения? Как сложился столь негативный образ человека, который всю свою сознательную жизнь посвятил созданию и укреплению СССР, результатами деятельности которого Россия пользуется до сих пор?Ответы на эти и многие другие вопросы, связанные с жизнью и деятельностью Лаврентия Павловича Берии, читатели найдут в состоящем из двух книг новом проекте известного историка Арсена Мартиросяна — «100 мифов о Берии»Первая книга проекта «Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917–1941 гг.» была посвящена довоенному периоду. Настоящая книга является второй в упомянутом проекте и охватывает период жизни и деятельности Л.П, Берия с 22.06.1941 г. по 26.06.1953 г.

Арсен Беникович Мартиросян

Биографии и Мемуары / Политика / Образование и наука / Документальное
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой , Николай Дмитриевич Толстой-Милославский

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное