Важно!
Один раз в неделю, в один и тот же день, в одно и то же время 2–3 часа уединения на свидание с собой.
Я беременна. Я беременна. Что я чувствую? Ничего. Интересно, а я могу еще что-то чувствовать? Могу наверняка, просто я затаилась на время и не позволяю себе внутренних танцев и фейверков, чтобы очень тихо, на цыпочках, аккуратно пройти первые недели беременности, «не спугнув ее». На всякий случай, я решила «ничего не чувствовать» примерно до 16–18 недель, если удастся, так как именно этот срок видится мне уже не столь опасным. Так вот, душевно я затаилась, а пока…
А пока я сдала все анализы, получила новую схему терапии и взяла больничный. Таким образом, к 6–7 неделям я подошла с таблетками, драже и витаминами. Хорошо, что больше не надо было втирать этот гель, так как «новых» мест на моем бедном теле уже не осталось. Я «плавала» по дому, готовила еду в свое удовольствие, ездила на такси к психологу и гинекологу. Анализы, не требующие моего присутствия, отвозил и забирал результаты мой муж. Он же запретил мне выполнять почти всю домашнюю работу, которую успевал делать сам вечерами и в выходные, за что ему, конечно, огромное спасибо.
Дело в том, что в клиниках и больницах я постоянно знакомилась с подругами по несчастью и знала, как сложно переносится бесплодие в других семьях. Часто женщины одни боролись за счастье стать матерью. Мне столько всего рассказывали, что такое поведение моего супруга выглядело просто идеальным, и я наконец-то смогла хоть немного расслабиться, передав часть груза ответственности ему. Время для этого было подходящее, так как даже самая сильная и уверенная женщина во время беременности нуждается в поддержке близких людей.
Моя семья тоже поддержала меня, так как отношения с ними за последние полгода постепенно наладились. Мне вполне комфортно стало с ними общаться.
Вот так, то что-то прибавляя (капельницы, инъекции), то что-то отменяя (таблетки, драже), я миновала самое страшное для себя время. Проблески радости от состояния беременности начались примерно с 12-й недели беременности. В 16 недель я уже позволила себе оптимистичные надежды, а в 18–20, когда появилось первое шевеление, и вовсе успокоилась, если так можно сказать. Конечно, не могу сказать, что я была совсем расслаблена, нет, внутренняя напряженность сохранялась, но она была скорее «рабочей», позволяющей не унывать от таблеток и врачей. Я, наконец, позволила себе расправить плечи и дышать полной грудью, не боясь спугнуть беременность. Вот она, вся моя, и ей уже 24 недели!