Дверца тихонько скрипнула, показалось красное и зареванное лицо девушки с темными волосами. И Ханна сразу обняла её. Они не были подругами тоже, но в этот момент мы словно все являлись лучшими и близкими друзьями.
Я оторвалась от подоконника и подошла к Лили. Слезы, капающие на оголенные плечи Ханны, дали повод моему ледяному сердце трескаться.
— Что случилось? — спросила блондинка.
Лили подняла на нас голубые глаза, обрамленные в красный от истерики. Губы дрожали, слезы рвались наружу.
— Он сказал, — снова тишина, — что я серая мышь. И что, — звуки рыданий повторно, — со мной не будет никто. Ведь я неинтересная, как плесень, — уткнулась в плечо Ханны.
Какое тупое сравнение! И как он посмел говорить такое о Лили. Её густые, каштановый локоны вкупе с небесными глазами и сияющей улыбкой привлекут кого угодно. Если у этого урода нет вкуса, это лишь его половые трудности.
— Кто? — спросила я, девушка молчала. — Лили, ты можешь сказать нам.
Маленький огонек уже бушевал в груди, стараясь вырваться поскорее. Но мне нужно имя.
Она поджала губы. Глаза бегали от меня к Ханне и обратно.
— Ричи, — прошептала та, опустив голову.
Это тот урод, кто шутил, как Чарльз «скучал» весь вечер в одиночку. Главный идиот компании. Я резко подорвалась, выбегая из уборной.
— Рейчел, ты куда? — крикнула Ханна.
Уже с пламенем внутри быстро шагала в курилку, где этот мудак всегда бывает. Больше всего хотелось дать ему в морду, даже не лицо. С жатыми кулаками и яростью на лице я влетела в дымное помещение. И разыскала Ричи.
— Ты совсем охренел!? — прикрикнула, толкая его в плечо.
Он повернулся с нахмуренными бровями. Рядом с ним стояли Брайн и Тим, которые пялились на меня. Протянула руку, чтобы так и влепить ему пощечину, но некто встал передо мной и оттащил за плечи на шаг назад. Демон… вечно тоже в курилке сидит.
— Ты тупой мудак! — продолжала кричать, пытаясь выпутаться из сильных лап Демона, который держал меня всё еще.
— Чего разоралась, идиотка? — ответил Ричи.
В моей груди надо было тушить пожар. Никогда не чувствовала подобной злобы, как сейчас. Даже на родителей. Я начинала бояться саму себя.
— Рот закрой, — грубо прикрикнул ему Демон.
— Какого черта ты Лили наговорил?
— Кому? — урод сделал вид, что не понимает. — А, Лили, — гаденькая улыбка расползлась по лицу. — Ты про эту серую мышь?
Твою мать! Я его лично прибить хочу. Вырвать из носа кольцо и засунуть, куда поглубже. Уровень этой агрессии продолжал пугать.
— Ты себя видел? Клоун и мудак! — я продолжала вырываться, чтобы дать тому по лицу.
Стояла тишина. Дым рассосался. Остальные лишь глазели на эту нелепую сценку. Ричи улыбался. Мои глаза темнели от злобы, кажется. Меня бесил и он, и остальные, и Демон, которые держал меня, и всё!
— Рейчел, что с тобой? — с беспокойством в глазах спросил Демон.
Я же давно не видела таких эмоций от него.
— Отвали уже! — рявкнула я ему в лицо.
Тут его взгляд похолодел. И моя агрессия тут же ушла, оставляя послевкусие. Я не хотела кричать на него. Только появился старый «он», я испортила всё. Но Демон продолжал держать меня.
— Правильно, держи эту бешеную! — разразились слова Ричи в тишине.
Знакомый пожар появился в темных глазах парня. Он медленно развернулся и, ничего не говоря, дал в челюсть Ричи. Тот с грохотом упал к ногам друзей. Демон кинул на меня взгляд и вышел. Я побежала за ним. Не знаю, зачем. Не знаю, что скажу.
— Демон, — подбежала я, он и головы не повернул, просто шел, — прости!
— За что? — мрачно спросил парень.
— За всё, — я почти бежала рядом, потому что его шаг был шире.
— За всё прощаю, — бросил он и ускорился.
Я остановилась, смотря вслед. Не понимаю, куда так резко делась вся буря ярости при одном взгляде в его глаза. В особенности осознавая, что этот взгляд вновь мрачный, холодный и равнодушный.
Дэвид Норел действует на меня неправильно…
Не знаю, что там сейчас происходило в курилке. Я направлялась обратно в уборную. Хотя пара уже и началась, я хотела умыть горящее лицо. Всплеск от внезапной злобы был мне непонятен. Я запуталась в себе неимоверно. Но то, что эмоций стало слишком много и я ощущаю их каждый день, знала точно.
Зайдя в уборную, заметила, что сумки больше не стояло на подоконнике. Значит, девочки забрали. Я посмотрела в мутное, грязное туалетное зеркало. Не узнаю себя совсем. Ни толики равнодушие на лице. Вдруг это всё накопленное вышло? Не знаю.
Умыла лицо и вытерла бумажными полотенцами. На ватных ногах пошла в кабинет. Мой мобильник завибрировал в заднем кармане джинсов.
Я постучала и приоткрыла дверь в кабинет. Мне кивнул преподаватель, говоря, чтобы заходила. И на моей парте как раз стояла сумка. Ханна сидела в этот раз с Лили, и которая с ненужной благодарностью в глазах смотрела на меня. Благодарить было не за что.
Когда я села на место, у мистера Кларка зазвонил телефон. Тот поднял указательный палец вверх, да и вышел из кабинета. Девочки сразу повернулись.