— Оставить вас наедине? — спросила Лера.
Они со Златой выражали полную готовность ретироваться.
— Вы же подруги Тересы? — незнакомка окинула их взглядом. — Если она не против, оставайтесь. Чем больше девушек услышит мою историю, тем лучше. Я хочу ославить Готцкого на всё княжество, — её глаза вспыхнули жаждой мести.
— Он сильно вас обидел? — спросила Тереса, испытывая чувство солидарности.
— Он негодяй каких поискать! — импульсивно ответила она. — Сначала согласился на брак, потом отказался!
Готцкий и с ней проделал тот же кульбит?! Как знакомо! Чувство солидарности усилилось. Но что же им двигало? Что за брачные аферы?
Незнакомка продолжала сыпать в адрес Готцкого ругательствами, не в силах взять себя в руки. И успокоилась, только когда догадливая Злата наведалась на раздачу и принесла разволновавшейся незнакомке чай.
Она жадно сделала несколько глотков и, наконец, представилась:
— Паризьена.
Подруги Тересы в ответ назвали свои имена. А вот ей самой представляться не было смысла.
— Насколько я поняла, моё имя вы и так знаете. Кстати, откуда?
— Я думала, вы моя соперница. А потом поняла, что мы обе жертвы… Но расскажу вам всё последовательно от начала до конца. Теперь-то я знаю всю историю в хронологическом порядке. А началась она с того, что Готцкому озвучили завещание его бабки.
Как только прозвучало слово завещание, Тереса догадалась, что история завязана на жадности. И, в общем-то, не ошиблась.
— Бабка Готцкого была о нём невысокого мнения. Считала не достойным получить наследство. А речь не только о крупной сумме и недвижимости — речь о больших земельных участках на южных морях. Бабка у него была хваткая — организовала курортный бизнес, основанный на бальнеологической магии. Вот только передавать внуку свою курортную империю не хотела. Уж не знаю, на чём конкретно была основана её неприязнь, но в завещании она поставила условие. Её единственный внук унаследует половину её состояния, только если женится. Вторая половина перейдёт его жене. И они на равных будут управлять бизнесом. Видимо, бабка считала, что жена подействует на внука положительно, а заодно и не даст её курортной империи прийти в упадок. Почему-то женщинам она доверяла больше. Может потому, что всего добилась сама.
Начало истории Тересу удивило. Завещание выглядело странным и взбалмошным. Но если принять во внимание, что бабка Готцкого самостоятельно строила бизнес, а внука считала лентяем, то понятно её желание ввести в дело, которому посвятила жизнь, свежую женскую кровь.
— Такая формулировка завещания, стала для Готцкого ударом, — продолжила Паризьена. — Словно гром среди ясного неба. Он не ожидал никаких условий. Тем более, что в завещании были конкретные сроки, в которые он был должен уложиться с женитьбой. В случае, если он не успевал, всё состояние переходило дальней родственнице — пятиюродной внучатой племяннице.
Теперь Тересе стало понятно, почему Готцкий так спешил с помолвкой. Но всё равно она не могла взять в толк, зачем ему нужны были две невесты. Вторая, что, про запас? На случай, если первая передумает или её уведут?
— Ваш отец посватал вас Готцкому как раз в тот момент, когда негодяй был в полном отчаянии после оглашения завещания, — объяснила Паризьена.
— Поэтому он и согласился, — продолжила Тереса её мысль.
По-видимому, в тот момент ему было почти всё равно, кто там станет его невестой. Лишь бы поскорее затащить её под венец и выполнить условия завещания.
— Однако, когда первый шок прошёл, он понял, что у него ещё есть немного времени и можно отказаться от вас и выбрать себе более подходящую невесту, — Паризьена поморщилась. — Не подумайте, Тереса, что я хотела вас умалить. Его выбор пал на меня отнюдь не потому, что в его глазах я обладаю бо́льшими добродетелями, чем вы. Я его заинтересовала лишь тем, что прихожусь дочерью члену попечительского совета академии.
— Вот же гад! — не выдержала Валерия. В ней давно кипели эмоции — Тереса это видела. Но до последней минуты она мужественно не перебивала рассказчицу. Однако есть предел и её терпению. — Эх, если б я знала всё это раньше, подносы бы обрушились не под ноги Готцкому, а прямо на его паршивую голову! Мало ему было одну девушку мариновать, решил переключиться на другую, у которой отец саном повыше?!
— Дело не только в том, что ему хотелось невесту из высокого сословия, — покачала головой Паризьена, — ему нужен был конкретно мой отец. Некоторое время назад Готцкий участвовал в конкурсе на должность проректора и с треском провалился. Место получил его тёзка Тоцкий. Это сильно ударило по самолюбию Готцкого. Он затаил обиду. В нём жило желание поквитаться. Он подумал, что если станет моим женихом, то сможет повлиять на моего отца, чтобы он продвинул его персону на тёпленькое место в академии. Готцкий хотел, чтобы специально под него была создана должность гранд-проректора, в функции которого входило бы командовать простыми проректорами. Возможность отдавать распоряжения тому, кто его обошёл в конкурсе, сильно бы потешило больное самолюбие.