Для того, чтобы согласиться с теорией о происхождении, как она обычно преподносится, необходимо отказаться от того, что Шесть Дней Творения являются сверхъестественным деянием, то есть деянием иного рода, отличающегося от происходящего сегодня. По толкованию Церкви, это деяние совершенно отличное: существовали Шесть Дней Творения, в течение которых Бог сотворил весь мир, а сейчас этого больше не происходит. …Бог больше вселенной, Ему все подвластно. Из текста книги Бытия явствует, что эти Шесть Дней Творения находятся за пределами сферы знаний о нынешнем мире. Нам совершенно недоступно вообще какое-либо знание о них, если только Сам Бог не изволит дать нам его в откровении… Поэтому я бы сказал, что ученые находятся на ложном пути, когда пытаются делать умозаключения о начале, исходя из ныне происходящего» [18].
Предлагаемая современными мирскими конструкторами «научная картина» вселенной не имеет необходимого для науки эмпирического основания. В отсутствии эмпирической проверки метафизические рассуждения о самопроизвольном и случайном происхождении вселенной являются лишь псевдонаучной разработкой атеистического постулата об отсутствии у мира Творца и Вседержителя.
Множество честных ученых, наблюдая красоту и величие нашего мира, увидели или, повторяя слова св. Василия Великого, уразумели силу и могущество Бога и Творца.
Литература
1. Цит по:
2. Там же. С. 22
3. Там же. С. 39
4.
5.
6.
7.
8. http://www.college.ru/enportal/physics/content/ chapter2/section/paragraph8/theory.html
9.
10. http
://citadel.pioner-samara.ru/distance/glossa_c.htm11.
12. Цит по:
14. Цит по: http
://www.goldentime.rU/Big_Bang/9.htm15.
16.
Изд-во подворья Свято Троице Сергиевой Лавры, 1999. С. 55.
17. Там же. С. 59.
18.
М. Планк
Религия и естествознание
В прежние времена естествоиспытатель, желая рассказать широкому кругу лиц, состоящему не только из специалистов, о теме, относящейся к своей работе, был вынужден, для того чтобы пробудить у слушателей некоторый интерес, связывать по возможности свои рассуждения в первую очередь с наглядными, взятыми из жизни представлениями. Он должен был оперировать примерами из техники, метеорологии или биологии и, исходя из них, разъяснять те методы, посредством которых наука пытается продвинуться от конкретных частных вопросов к познанию всеобщих закономерностей. Теперь дело обстоит иначе. Точная методика, которой пользуется естествознание, показала себя за многие годы столь плодотворной, что позволяет ныне подойти к менее очевидным вопросам, чем вышеназванные, и с успехом применяется к проблемам психологии, теории познания и даже к общим мировоззренческим проблемам, исследуя их с естественнонаучной точки зрения. Можно, пожалуй, сказать, что в данный момент не существует ни одного сколько-нибудь абстрактного вопроса человеческой культуры, который не был бы как-то связан с естественнонаучной проблематикой.
Поэтому пусть не покажется излишне дерзкой попытка естествоиспытателя высказаться… о предмете, значение которого для всей нашей культуры все больше проявляется по мере ее развития и который, без сомнения, будет иметь решающее значение в предстоящей ее судьбе.
I