«… Их никоим образом нельзя склонить к рабству или подчинению в своей стране. Они многочисленны, выносливы, легко переносят жар, холод, дождь, наготу, недостаток в пище… Находящихся у них в плену они не держат в рабстве, как прочие племена, в течение неограниченного времени, но ограничивая (срок рабства — примеч. авт.) определенным временем, предлагают им на выбор: желают ли они за известный выкуп возвратиться восвояси, или остаться там (где они находятся — примеч. авт.) на положении свободных и друзей».
Все взрослые мужчины, способные носить оружие, были воинами. По свидетельству того же Маврикия, у славянских племен формировались боевые дружины, состоящие из сотен, тысяч, а иногда и десятков тысяч молодых ловких воинов. Воинов рода возглавлял старейшина, а во главе всего племени стоял вождь или князь.
И восточные и западные авторы обозначали воинственность, силу, выносливость и военную хитрость славян. Особенно отмечалось искусство маскировки с использованием рельефа окружающей местности.
«… привыкли прятаться даже за маленькими камнями или за первым встречным кустом и ловить неприятелей. Это они не раз проделывали у реки Истр» — писал Прокопий. И далее описывал сцену пленения искусно спрятавшимся в траве у стен осажденного города славянином зазевавшегося гота.
Об искусстве славян скрываться, при необходимости, под водой рассказывал Маврикий.
«… Мужественно выдерживают они пребывание в воде, так что часто некоторые из числа остающихся дома, будучи застигнуты внезапным нападением, погружаются в пучину вод. При этом они держат во рту специально изготовленные большие, выдолбленные внутри камыши, доходящие до поверхности воды, а сами, лежа навзничь на дне, дышат с помощью их; и это они могут проделывать в течение многих часов, так что совершенно нельзя догадаться об их» (присутствии — примеч. авт.).
Войско славян состояло из конницы и пехоты.
Феофилакт Симокатта, византийский историк первой половины VII века и секретарь императора Ираклия описывает поход Велизария в 589 году: «… Соскочив с коней, славяне решили немного передохнуть, а также дать некоторый отдых своим коням».
Оружие славян было весьма разнообразным. Прежде всего, оно было наступательным и предназначалось для ведения ближнего боя.
Маврикий подробно сообщает и об этом: «… Каждый вооружен двумя небольшими копьями, некоторые имеют также щиты, прочные, но трудно переносимые. Они пользуются также деревянными луками и небольшими стрелами, намоченными особым для стрел ядом, сильно действующим, если раненый не примет раньше противоядия или другими вспомогательными средствами, известными опытным врачам, или тотчас же не обрежет кругом места ранения, чтобы яд не распространился по остальной части тела».
По свидетельству других авторов славяне, в зависимости от обстоятельств, применяли также длинные копья, секиры, бердыши и обоюдоострые мечи. В ближнем бою именно меч был основным оружием славянского воина.
Виды секир
Виды бердыша
Ибн-Фадлан (арабский путешественник и писатель X века) пишет, что мечи славян были широкие, с волнообразными полосками на клинке и украшались различными рисунками.
При раскопках в славянских городищах VIII–IX веков археологи обнаружили кузницы, в которых наряду с предметами быта изготавливалось и оружие, что говорит о преобладании у славян оружия собственного производства. Хотя, конечно, использовалось и трофейное оружие, захваченное у врагов.
По утверждению многих авторов для защиты своего тела славяне применяли кольчугу. Металлическая рубаха, почти до колен, сплетенная из железных колец, была не очень тяжелой, весьма подвижной и практически не стесняла движений воина. В то время византийцы имели тяжелые кованые доспехи, затруднявшие телодвижения в бою. Норманны изготавливали кожаные доспехи с прикрепленными к ним металлическими пластинами, которые также несколько сковывали подвижность воинов в рукопашной схватке.
Кольчуга
Славянский меч
Тактика славян в сражениях была весьма искусной и разнообразной. В отличие от других племен они большое внимание уделяли предварительной разведке сил и местоположения противника. С этой целью передовыми отрядами велся поиск и захватывались пленные.
Их любимым коньком была внезапность.
Свидетельствует Маврикий: «… Сражаться со своими врагами они любят в местах, поросших густым лесом, в теснинах, на обрывах; с выгодой для себя пользуются внезапными атаками, хитростями, и днем и ночью, изобретая много способов… Имея большую помощь в лесах, они направляются к ним, так как среди теснин они умеют отлично сражаться. Часто несомую добычу они бросают (якобы — примеч. авт.) под влиянием замешательства и бегут в леса, а затем, когда наступающие бросаются на добычу, они без труда поднимаются и наносят неприятелю вред. Все это они мастера делать разнообразными придумываемыми ими способами с целью заманить противника».