– Не торопись оскорбляться, – перебил его Роман. – Ты без того долгое время слушал свою гордыню, а она плохой советчик. В том, что произошло, винить тебе некого, кроме гордыни. Подумай спокойно о моем предложении. Ты хорошо знаешь производство, к тому же работа отвлечет тебя, даст стимул.
– Хочешь выставить меня на посмешище?
Роман вздохнул, однако удержал язык, не подливая масла в огонь, мол, посмешищем стал ты без моего участия, переживать поздновато. Он посчитал, что на сегодня будет достаточно, поднялся:
– Да, в субботу мы с Альбиной расписываемся, приглашаем тебя на ужин в ресторан «Центавр» в шесть вечера.
– На свадьбу? – изумился Даниил Олегович.
– Ну, большой свадьбы не предвидится, соберутся только свои.
– Твоя мать будет против меня.
– Да ей, папа, все равно. Она занимается Лелькой, не пьет, готовится стать бабушкой – Альбина беременная, поэтому мы торопимся. К тому же у мамы появился ухажер. Может, мне не следовало тебе говорить об этом, просто не хочу, чтоб ты попал в неловкое положение. Придешь?
– Приду, – буркнул отец. А куда он денется?
– И подумай насчет моего предложения. До свидания.
Роман развернул машину, Альбина, до этого поедавшая лимон без сахара, осведомилась:
– Как он?
– Думаю, кризис пережил, дальше будет легче.
– Согласился?
– Согласится, – уверенно заявил Роман. Заметив кислое выражение на лице Альбины, спросил: – Тошнит?
– Все время.
– Открой окно. И держись, скоро наступит второе дыхание, пройдет.
– Я держусь. А все равно тошнит.
Тем временем Даниил Олегович бросил дрова в камин, поджег. Огонь гасит пламя внутри, когда смотришь на него. А в груди жгло. Всем хорошо, все довольны, один Даниил Олегович в пограничном состоянии, когда свет не мил, но покидать его неохота. Как же ему жить в этой пустоте, чем ее заполнить? О предложении Романа он подумает завтра, наверное, согласится, потому что не научился наслаждаться одиночеством. А придется учиться.