При каждом его возгласе зал разрывало хохотом. Однако, через мгновение я понял, что хохот этот практически весь женский. О-па! Вот это поворот! Я неспешно огляделся вокруг. Действительно, зал был полон тёток разного возраста. Выряжены как на сельской дискотеке – кто во что горазд или всё лучшее сразу. Каких особей здесь только не было. И с причесонами в виде «корабль на голове» и отштукатуренных не одним слоем мастики так, что позавидовала бы самая лучшая молдавская строительная бригада. Были псевдо деловые леди, в дешёвых рыночных шмотках. Но большая часть, всё же обычные, так называемые «серые мышки». Женщины не определенного возраста, не определенной внешности, не определенного социального статуса… В общем женщины, глядя на которых вообще невозможно понять какая она. И сколько бы ты на такую не смотрел, отведя взгляд в сторону, уже через секунду не сможешь представить в памяти ее лицо, сколько бы ни старался. Настолько ее образ не запоминался.
Изредка попадались на глаза и мужчины. Их было очень немного, человек семь-десять. Они тоже были все какие-то одинаковые, в пиджаках или других серых одеждах и почему-то все с длинными волосами. Кое у кого спереди между патлами можно было едва различить неказистые кучеряшки козлячьих бородок, придававшим их женоподобным ликам совершенно нелепый вид.
Но тем не менее большинство было за женщинами. Стало интересней и даже сон подевался куда-то. Ближе всех сидела высокая молодая девушка с безупречно прямой спиной. Она держала осанку, задирала подбородок и изо всех сил старалась быть очень красивой и серьезной не по годам. Ей от силы было лет восемнадцать, но по ней видно было, что чувствует она себя очень взрослой. Даже смеялась очень тихо так, даже по сути не смеясь, а так, похихикивая в ладошку. Каждый раз после этого она поглядывала по сторонам, не смотрит ли кто на нее. Но делала она это не поворачивая головы, лишь глазами. Правда юный возраст выдавали ямочки на щечках и, несмотря на обилие штукатурочных смесей, юношеские прыщи предательски проступающие на лбу и щеках. Девушка очень старалась быть серьезной.
Между тем лектор говорил о саморазвитии. Я слышал об этой хрени как-то, но никогда до этого случая не предполагал даже, что это может быть темой целой лекции (несколько позже я с ужасом узнал, что это целая индустрия). Казалось бы, о чем там можно рассуждать – живи себе, как нравится и кайфуй. Но нет. Мужик с писклявым бабским голосом и бабскими ужимками, сидящий на сцене, говорил одно и тоже по многу раз. Только изменял порядок слов в фразах. А чтобы его лекция не была совсем скучной, он то и дело взвизгивал и пытался шутить. Шутовство его было самым настоящим шутовством. Знаете, такой дешевый примитивный уровень юмора типа старых английских телевизионных шоу, где неуклюжий главный герой морщится и корчит рожи. Этот был такой же. Наверняка, вырос на подобных шоу. Он всякий раз, говоря что-то, по его мнению смешное, он то замирал, безумно выпучив глаза, то раскрывал рот до невероятных пределов (возможностям позавидовала бы любая проститутка), то морщил лицо так сильно, что даже его лакейский пиджак покрывался морщинами.
Но на удивление публике нравилось. Девчули всех мастей прыскали от изумления при виде всего этого кривляния. Я же сидел себе на стульчике, надежно подперев плечом стену, и наблюдал за этим балаганом. Было не интересно и грустно.
Между тем, гуру со сцены объявил, что скоро будет готов отвечать на вопросы из зала. Тема вопросов – отношения. Типа, если у кого-то проблемы с их половинками, то они могут передать ему записку, и он разберет их ситуацию, а затем даст единственно верное решение, которое спасет их от неминуемого краха. Дамы заметно оживились и зашебуршали своими сумочками. Я заржал в голос. Еще один Кашпировский нашелся! Воду он не собирается, надеюсь, заряжать… Сидевшие ближе всех ко мне с укоризненными взглядами стали поглядывать в мою сторону. Они делали такие надменные взгляды, что мне становилось ещё смешнее. Да тут прям комик-шоу. Одна из сидящих невдалеке тёток, которой скорее подобало бы сесть на два стула сразу – настолько велика была её задница, что бедра не умещались на одном сидении и беспомощно обвисали за его краями, особенно долго таращила на меня свои маленькие поросячьи глазёнки из-под слоя крашеных складок на лице, что я не выдержал и удостоил её неприличным жестом. Рискованно, конечно, учитывая, что баба превышала меня сразу на несколько весовых категорий. Но гуру тот час спас меня, в очередной раз напомнив о том, что он вскоре начнет вершить их судьбы, решая проблемы в отношениях. После его напоминания жирная тетка резко встрепенулась, вдруг вспомнив, видимо, зачем притащила сюда все свои сотни килограмм лишнего веса, и полезла рыться с своей авоське. Неужели и у неё есть ещё какие-то отношения? – подумал я. Стало интересно посмотреть на такого отчаянного.